— И что, бояре меня прямо-таки золотом осыплют? — скептически спросил я.

— Нет, конечно. Но зато к тебе будет больше уважения. Тогда ты станешь не бездомной дворнягой, а чьим-то…

— Верным псом? — я скривился от подобной мысли. — Нет, это точно не подходит. Надо что-то более реалистичное, быстрое и с большим кушем!

— Наведайся к Русому, — рассмеялась Саша. — Набей морды его людям и забери деньги, как сделал это в прошлый раз.

— То есть охотиться за шпаной, чтобы собирать четвертаки? Мелко.

— А ты хочешь сразу крупную рыбку поймать? Тогда грабани кого-нибудь, — внезапно предложила она.

От Саши повеяло теплом. То ли разговор ушёл в нужное русло, и она смогла расслабиться, то ли алкоголь подействовал. Либо всё вместе.

Внезапно я почувствовал, что могу передать ей часть своего тепла и азартного настроя. Вот просто почудилось, будто от меня к ней тянется невидимая энергия, и я не стал ей противиться. Чуть сконцентрировался на этом и представил, что тёплые волны мягко обнимают мою собеседницу. Отгоняют от неё негативные мысли, даруют покой и умиротворение.

— Не думаю, что богачи будут сидеть, сложа ручки, ожидая моего прихода, — произнёс я, когда наваждение исчезло.

Саша не ответила. Она снова приложилась к выпивке, смотря прямо перед собой. Тёмные воды (а нас быстро окружили сумерки) реки плескались под слабым светом единственного фонаря, что ещё работал в этой части набережной. А потом девушка встрепенулась и с вызовом посмотрела на меня.

— Я знаю, что делать! — выпалила она на одном дыхании.

— Слушаю тебя внимательно.

— Здесь за городом живёт одна богатая мразь. Бо́льшую часть времени он проводит здесь и приезжает на дачу только по выходным. Мы можем наведаться к нему!

— Ух ты, — удивлённо произнёс я. — И откуда такие сведения? Сама хотела обчистить мужичка?

— Ага, — её лицо скривилось в гримасе ненависти. — А ещё разбить его поганую рожу.

— О-о-о, здесь что-то личное?

— Да, — выдохнула она и моментально поникла. — Я не всё тебе рассказала, Илья. Из детского дома я ушла не одна, а с подругой. Мы были, словно сёстры, жили под одной крышей, делились всем, чем можно. А потом, — голос Саши дрогнул. Она подняла глаза к тёмному небу и сглотнула. — Ты должен понимать, что говорить об этом трудно.

— Да, понимаю, — мягко сказал я.

— Вот, — выдохнула она, чуть придя в себя. — Её звал Юля. Мы пару лет проработали в одном баре, после того как оказались на улице. Сам понимаешь, какой контингент в таких заведениях. Нам чуть ли не каждый день приходилось отбиваться от приставучих ублюдков. Но потом Юля сказала, что устала от всего этого. У неё появился ухажёр. Она почему-то скрывала его от меня, — сжала кулаки и зашипела от злости: — Теперь-то понимаю почему.