Когда мы подъехали, я первым выбрался из машины и подал руку Арине. Та была сногсшибательна — в светлом коротком платье, с пшеничными волосами, которые ложились мягкими волнами, с распахнутыми глазами и радостной улыбкой.

Фотоаппараты застрекотали, как заведённые. Вряд ли кто-то из московских газетчиков знал Арину в лицо, но тем сильнее был произведённый эффект. Телеоператор тоже присутствовал — разместился у крыльца, чтобы снимать всех гостей анфас.

— Дмитрий, смотри! — шепнула Арина, едва мы вошли в фойе. — Там Гринфилд и Олдхэм, которые авантюристов играют в фильме от «Индастриэл Эйдж»! Мои любимые актёры вообще-то! Ты их не знаешь?

— Только как зритель. Лично не общался.

— Эх ты… А я-то надеялась… А вон режиссёр, по-моему, из «Харпер Бразерс». Вроде похож, но я не уверена…

Озираясь восторженно, Арина добавила:

— Держи меня крепко, а то сейчас завизжу и начну бросаться на всех подряд, требуя автограф… Ой, и Клуманцева уже здесь… Вот она шикарная, да? Не верится даже, что я тут запросто среди них…

— Пойдём, познакомлю с Настей.

Заметив нас, Анастасия улыбнулась:

— Так-так, Дмитрий. Уже предчувствую интересные новости.

— Познакомьтесь, это Арина, я вам о ней рассказывал. Фрейлина императорского двора и сумасшедшая киноманка. Буйная, но я её зафиксировал.

Арина хихикнула, ткнув меня кулачком.

— Вы очаровательны, — сказала ей Настя. — Уверена, ваши фото скоро будут во всех глянцевых журналах.

Пока Арина краснела, я пояснил для Анастасии:

— Она тоже ваша поклонница. Но больше всего в восторге от тех двух парней с «Индастриэл». Вы их случайно не знаете?

— Гринфилда — нет, не знаю. А с Олдхэмом как-то пересекалась на одном международном проекте. На заре туманной юности, так сказать. Не исключено, что он меня тоже помнит.

— Даже если вдруг и забыл, — усмехнулся я, — ваш скромненький плакат у крыльца дал ему сегодня подсказку.

— Здравое рассуждение. Но можно не гадать, а проверить. Попробуем, Арина?

Та посмотрела на меня умоляюще:

— Можно, Дмитрий?

Я едва не заржал, но кое-как удержался. Напутствовал:

— Развлекайся. Слушайся Настю.

Они ушли, а осанистый купец-филантроп, сопровождавший Анастасию, пожал мне руку и поинтересовался:

— Вы ведь из Петербурга, господин Свиридов? Рад чрезвычайно, что этот фильм вы привезли к нам. Маршрут, правда, получился несколько экзотический, через океан.

— Ну, десять тысяч вёрст туда-обратно — не крюк для такого дела.

На стенах в фойе была развешены постеры представленных фильмов. Их было восемь штук, по одному на каждый день фестиваля. Меня лично впечатлил носорог, который таращился с постера «Харпер Бразерс».