Я вздохнул. Видно, настала пора рассказать Кириллу всё, что я услышал от Обручева.

— Шеф, там столько занятного нашли, — хохотнул Влад, выходя из дома.

— Что именно? — поинтересовался Кирилл.

— Странные артефакты, какие-то склянки непонятные, ещё что-то вроде энергетических кристаллов, — ответил подошедший вышедший следом Михаил. — Так что, получается, мы накрыли их секретную штаб-квартиру?

— Похоже, Миша, это всего лишь одно из множества секретных укрытий этого ордена, — помрачнел Кирилл. — Тайга большая…

Чуть позже мы сели с Кириллом в автомобиль, расположившись на заднем пассажирском кресле, и отъехали в сторону штаба службы безопасности.

И, разумеется, лучшего повода для разговора не было. Я положил на колено руну тишины, и мы оказались внутри небольшого купола.

— Так, ты мне что-то хочешь сказать, — напрягся Кирилл.

— Да, и это нельзя передавать Седому, — серьёзно взглянул я на безопасника.

— Он нормальный мужик, Иван, — ответил Кирилл. — Всё понимает, и к тебе расположен позитивно.

— Но то, что ты сейчас услышишь, может тебя очень удивить, — подчеркнул я. — А Седой может отреагировать совсем иначе.

— Я внимательно тебя слушаю, — Кирилл взглянул на наручные часы. — У нас есть двадцать минут. Уложимся?

— Вполне, — напряжённо улыбнулся я, собираясь ему раскрыть многое.

Как Кирилл воспримет то, что Обручев был огнепоклонником? Что ответит на информацию о встрече с Пастырем и Верховным жрецом? И что он подумает об истории появления секты. Сейчас и узнаем.

После того как я рассказал Кириллу всё, что услышал от Обручева, безопасник некоторое время молчал.

— Неожиданно, честно скажу, — пробормотал он. — А ты этому… Обручеву веришь?

— Я ему доверяю, — кивнул я. — И причины говорить неправду у него не было. Ему просто деваться было некуда.

В дороге мы обсудили, что Кирилл может рассказать Седому, а о чём лучше промолчать. Я же поневоле держал в кармане перчатки, не спеша надевать их. Всё-таки это пока собственность Бестужева, а привычки брать чужое у меня не было.

Оказавшись в штабе, мы переговорили с Седым, который нас похвалил. Особенно выразил слова признательности за то, что я вскрыл одно из гнёзд таинственной организации. А потом Кирилл остался с ним наедине, а я, забирая Рону из питомника, вышел из здания.

На скамье в небольшом парке неподалёку меня дожидался князь Бестужев. Рядом с ним я заметил четырёх телохранителей. Заметив меня, князь поднялся и махнул рукой.

— Иван Алексеевич, ну наконец-то вас отпустили, — вздохнул Бестужев, когда я подошёл к нему. — А я уже переживать начал. Можем с вами переговорить?