По пути написал Бориславу — завтра у меня не получится омолодить стариков. Предложил ему этой ночью или позже.

Он ответил быстро. Написал, что соберёт партию побольше, и займёмся стариками попозже.

Я вошёл в обеденный зал — слуги тут же начали суетиться, и вскоре мне принесли еду.

Во время трапезы я обдумывал свои дальнейшие действия. Когда я уже заканчивал, увидел, как в обеденный зал вошла нянечка с маленьким Ильясом.

— Ой! — воскликнула она. — Я не знала, что вы тут.

— Да, нормально, — махнул я рукой. — Садитесь.

Нянечка принесла Ильяса. Тот выглядел не очень довольным, но спокойным.

— Как тебе новая жизнь? — спросил я.

— Палсиво, — поморщился он. — Ненавизю своё деское тело.

Хм, а его речь улучшилась.

— Ага, — кивнул я. — Знаешь, а я смог вернуть к жизни Филиппа.

— Сельёзно? — удивился Ильяс.

— Да, — улыбнулся я.

— Это плёхо, — пробормотал он. — Ты зе ему не сказаль пло меня? Он сокнутый, он меня пликончит!

— Поводов сделать это у него достаточно, — хмыкнул я, а затем добавил: — Нет, я им про тебя не рассказал. Но мы решили организовать встречу выпускников, так сказать. Встречу старых друзей. Я передал, что ты тоже будешь там присутствовать.

— Да засем⁈ — возмутился Ильяс. — Не нузно!

— Нузно, ещё как нузно, — усмехнулся я.

Я достал телефон и открыл несколько фотографий, которые мне переслал клон. Показал одну из них Ильясу.

Тот резко побледнел.

— Вот, буду хвастаться, какой ты у меня самостоятельный, — продолжил я. — Смотри, тут ты сам в первый раз сел на горшок.

Я перелистнул ещё одну фотографию и снова показал её.

— А тут ты описался в штанишки.

— Неть! — заорал Ильяс, сильно дёрнувшись. — Неть! Ты не долзен это показивать! Удали неметленно!

Я запрокинул голову и расхохотался.

— Тут много фотографий, — полистал я их. — Решил оставить себе на память.

— Неть, ни в коем слусае! — возмущался Ильяс. — Так воть посему твои клоны постоянно сныляют рядом! Сёлтовы извасенсы, засем они меня фотоглафилуют⁈

Я снова рассмеялся и поймал неодобрительный взгляд нянечки.

— Будешь себя хорошо вести, и эти фотографии никто не увидит, — сказал я, убрав смартфон в карман. — А если будешь плохим малышом… — я погрозил ему пальцем. — Наши старые знакомые увидят тебя на горшке.

Ильяс сжал зубы и побледнел.

— Я зе сотлудничаю, — процедил он. — Засем ти так?

— Это весело, — пожал я плечами. — То, что ты сотрудничаешь, не значит, что я простил тебя за всё, что ты сделал. Тебе напомнить, что ты был одним из тех, кто убил меня?

Ильяс фыркнул, а затем, чуть подумав, спросил:

— Ты зе никому не говолил пло моё состояние?