– обоих прогнал нагишом, В зубы холопа примерного, Якова верного, Походя дул каблуком. Люди холопского звания — Сущие псы иногда: Чем тяжелей наказания, Тем им милей господа. Яков таким объявился из младости, Только и было у Якова радости: Барина холить, беречь, ублажать Да племяша-малолетка качать. Так они оба до старости дожили. Стали у барина ножки хиреть, Ездил лечиться, да ноги не ожили… Полно кутить, баловаться и петь! Очи-то ясные, Щеки-то красные, Пухлые руки как сахар белы, Да на ногах – кандалы! Смирно помещик лежит под халатом, Горькую долю клянет, Яков при барине: другом и братом Верного Якова барин зовет. Зиму и лето вдвоем коротали, В карточки больше играли они, Скуку рассеять к сестрице езжали Верст за двенадцать в хорошие дни. Вынесет сам его Яков, уложит, Сам на долгушке свезет до сестры, Сам до старушки добраться поможет, Так они жили ладком – до поры… Вырос племянничек Якова, Гриша, Барину в ноги: «Жениться хочу!» – Кто же невеста? – «Невеста — Ариша». Барин ответствует: – В гроб вколочу! — Думал он сам, на Аришу-то глядя: «Только бы ноги Господь воротил!» Как ни просил за племянника дядя, Барин соперника в рекруты сбыл. Крепко обидел холопа примерного, Якова верного, Барин, – холоп задурил! Мертвую запил… Неловко без Якова, Кто ни послужит – дурак, негодяй! Злость-то давно накипела у всякого, Благо есть случай: груби, вымещай! Барин то просит, то песски ругается. Так две недели прошли. Вдруг его верный холоп возвращается… Первое дело – поклон до земли. Жаль ему, видишь ты, стало безногого: Кто-де сумеет его соблюсти? «Не поминай только дела жестокого; Буду свой крест до могилы нести!» Снова помещик лежит под халатом, Снова у ног его Яков сидит, Снова помещик зовет его братом. – Что ты нахмурился, Яша? – «Мутит!» Много грибов нанизали на нитки, В карты сыграли, чайку напились, Ссыпали вишни, малину в напитки И поразвлечься к сестре собрались. Курит помещик, лежит беззаботно, Ясному солнышку, зелени рад. Яков угрюм, говорит неохотно, Вожжи у Якова дрожмя дрожат, Крестится: «Чур меня, сила нечистая!» Шепчет: «Рассыпься!» (мутил его враг). Едут… Направо трущоба лесистая, Имя ей исстари: Чертов овраг; Яков свернул и поехал оврагом, Барин опешил: – Куда ж ты, куда? — Яков ни слова. Проехали шагом Несколько верст; не дорога – беда! Ямы, валежник; бегут по оврагу Вешние воды, деревья шумят… Стали лошадки – и дальше ни шагу, Сосны стеной перед ними торчат. Яков, не глядя на барина бедного, Начал коней отпрягать, Верного Яшу, дрожащего, бледного,