— Тебе не хватает костюма горничной и метёлки из перьев, — против воли засмеялся я. — Ой, чёрт! По-любому в больничку надо…

— Вот-вот! — поддержала меня Инес. — Выметайся!

— А то что? — ухмыльнулся я. Мне даже стало интересно, что она предпримет. Говорю же — огонь девчонка. — Брату пожалуешься?

— Вот ещё! Сама справлюсь! — фыркнула Инес. — Где тут у меня разводной ключ?..

— Эй-эй-эй, тормози! — возмутился я, выставив перед собой руки. — Понял, принял, осознал! Сейчас уйду! Скажи только, где Рауль!

— Обойдёшься! Не хватало ещё, чтобы вы с утра квасить начали!

— Что за кипишь, с-ка⁈ — донеслось вдруг от чёрного хода.

Это я про самодельную дверь между модулями, закрытую ролл-шторой, если кто вдруг не понял.

— Явился, не запылился! — подбоченилась Инес, переключившись на новый объект. — Выспался, братец?

— Спасибо, не жа-а-а-алуюсь! — зевнул тот во всю пасть.

— А если выспался, забирай своего собутыльника, и пусть валит! Мне работать надо!

— Мы не пили, — совершенно серьёзно заявил Рауль. — И он не мой собутыльник. Мы его в саванне подобрали. Говорит, был в конвое корпов, на который напали «дикие».

— Так это не шпана из бара его отлупила? — несколько смягчилась Инес.

— Тебе бы с этой «шпаной» пообщаться! — злорадно буркнул я. — Ладно, не буду вас больше напрягать своим присутствием…

— Эй, как тебя?.. Генри! Стой! — сменила гнев на милость девица. — Может, позавтракаешь?

— Пожалуй, нет, — помотал я головой, прислушавшись к организму.

Организм о пище даже слышать не желал. Хорошо хоть, не стошнило.

— Пойдём тогда, амиго, дорогу покажу, — предложил Рауль и снова от души зевнул, прикрыв рот ладонью.

Хм… или его всю ночь кошмары мучили, или он лёг спать сильно позже меня. Часа этак в три пополуночи. Впрочем, не мне лезть в чужой монастырь со своим уставом. И так помогли, чем смогли — жизнь спасли, к цивилизации доставили, напоили, обогрели, и даже спать уложили. А я, получается, неблагодарный свин. Короче, хочешь, не хочешь, а вставать нужно…

— Ох, ё!..

— Что, с-ка⁈

— М-мать! Рёб… рёбра! — выдохнул я, согнувшись в три погибели. Похоже, переоценил я свои возможности. — Сейчас, отдышусь…

— И как ты себе представляешь, что он куда-то попрётся⁈ — снова возмутилась Инес, приняв характерную и, по всему судя, любимую позу — руки в боки. — Да у него же переломы!

— А ты что предлагаешь, эрманита (hermanita– сестричка; исп.)? На носилках его тащить? Или скорую вызвать?

— Он вообще откуда?.. А, туплю! Далековато от нас даже до ближайшей проходной, — задумалась Инес. — Короче, пусть умоется, и обезболивающее ему дай! А я пока трак подготовлю!