— Фр-р-р-п-р-р-р…

— Погодь секунду, Сигизмунд.

Покопавшись в горе хлама, я извлёк из неё пластиковую ёмкость затейливой формы, очертаниями смахивающую на кресло, и приспособил именно для этой роли — то бишь уселся верхом и даже откинулся на импровизированную «спинку». Похлопал по коленке — типа, запрыгивай, братан! — и, как только Сигизмунд пристроился на указанном месте, погрузил ладонь в кошачью шерсть. Время подумать.

О чём? Да о всяком, но в основном о жизни. И о дальнейших планах на оную, благо информации для размышлений с позавчерашнего вечера сильно прибавилось — очень уж занятный разговор у нас с Вовой получился, да и проверил я уже кое-что. Он таки развёл меня на откровенность, хотя сам о своих злоключениях особо не распространялся. Так, обмолвки да многозначительное молчание в нужных местах. Впрочем, оно и к лучшему — я, наконец-то, нормально выговорился, обнаружив «жилетку», в которую можно невозбранно выплакаться. И ладно бы просто вывалил Вове на голову кучу абсолютно для того лишней информации! Но ведь нет, ещё и полное понимание с его стороны встретил! И да, если вернуться в тот вечер, то начал я свою исповедь, как Вова и просил, издалека. В прямом смысле слова — с Беатрис. И тех событий, что на ней развернулись перед моей вербовкой. А когда закончил, ещё и импровизированному допросу подвергся: моего приятеля интересовали детали, причём весьма специфические. Например, кто мне подсказал насчёт тотализатора? Или у кого я добывал информацию о противнике. Или кто ко мне подвалил из вербовщиков, когда я в корпорацию обратился. Ну и так далее, и тому подобное. Отдельно выспросил об условиях контракта и задумчиво хмыкнул, когда я признался, что выбора мне, по сути, и не оставили — вот вакансия, дорогой товарищ Олег, и либо соглашайся, либо гуляй лесом.

— Надбавку-то хоть выторговал? — с жалостью покосился он на меня, когда я с горечью признал факт малодушия, проявленного при заключении договора.

— Куда уж там! — вздохнул я. — Убедился только, что все бонусы за условия повышенной трудности прописаны, и прописаны в полном объёме. Тут-то уж я в теме.

— И много потерял? В доходе, в смысле?

— Знаешь… если сравнивать с аспирантской стипендией и окладом препода, то даже выиграл. Но это единственный плюс. В остальном одни только минусы.

— Ну, зато здоровье сохранил.

— Это смотря с какой стороны! Нервы-то не железные, сам понимаешь. И не восстанавливаются, даже медикаментозно.

— На опыте убедился? — ухмыльнулся Вова.

— Угу.

— Ладно, рассказывай дальше.

— Да чего там рассказывать⁈ Прилетел, освоился, втянулся в работу… даже личная жизнь появилась…