С другой стороны, кобура пустая, а к автомату я грабли не тянул — тупо забыл про его наличие. А он как висел за спиной, так и висит. Что, впрочем, не умоляет достоинств штатной брони десантуры, рассчитанной на противостояние высокоскоростным пулям из гауссовок. Что для неё какой-то там «калаш», пусть тот и калибром семь шестьдесят два? Правильно, комариный укус!

Однако эту мысль я додумывал уже на ходу — крабьем, хе-хе — поскольку и впрямь не стал испытывать ни собственную судьбу, ни терпелку служивых, и нырнул в лаз практически сразу же вслед за бойцом. Соответственно, и на свет божий… то есть в приветливую ночную тьму выбрался почти без задержки, за что и был вознаграждён относительно мягким обращением: прямо на выходе из туннеля меня приняли под белы рученьки ещё двое десантников, вздёрнули на ноги и сноровисто освободили от излишков снаряжения, в основном стреляющих и колюще-режущих. Ну а затем, взяв в так называемую «коробочку» — один впереди, один сзади, один справа сбоку — повели… а, пожалуй что, обратно на пляж. Тот самый, на котором мы относительно недавно, меньше трёх часов назад, имели крайне увлекательную и чуть менее познавательную беседу с беглым Ли Тегуаем.

Вопросами, как военные умудрились меня отыскать в чёртовой дыре и откуда они узнали, что там ещё и одноногий китаец должен шхериться, я предпочёл не задаваться. Очевидно же, что вояки обладают гораздо бо́льшими возможностями, нежели все остальные обитатели Роксаны. И тот же Ли Тегуай пусть и косвенно, но данный факт подтвердил. Есть у них особые исследовательские отделы, есть. И занимаются местными загадками они куда дольше, чем корпы или даже «местные» из Порто-Либеро. Или «дикие» из саванны. А ещё у них какой-никакой, но всё же порядок. И дисциплина.

На местности мои конвоиры ориентировались прекрасно — полагаю, за счёт встроенных в шлемы ноктовизоров. Ну и у меня, соответственно, проблем не возникало — знай, переставляй ноги, стараясь не очень сильно вязнуть ступнями в песке. Плюс Эшу Урсу, который никуда не делся. Но, в отличие от каверны под скалой, на поверхности ничего из ряда вон не происходило. Если, конечно, не считать сам факт вмешательства военных в банальную иерархическую разборку в заштатной кодле контрабандистов. Или я излишне принижаю организацию Ли Тегуая? Поди, знай! Вон сколько бойцов они выставили! Да и с техникой никаких проблем нет, равно как и с осведомителями…

Итого, по итогам всех этих невесёлых размышлений я пришёл к выводу, что в данном конкретном случае нужно просто плыть по течению. Ну да, заявился лесник и всех к хренам разогнал. И что? Меня даже не побили! Могли бы для порядка хотя бы прикладом в «солнышко» ткнуть! Или коленом в живот! А тут и до банального подзатыльника не снизошли. Обидно… и, что самое поганое, рож не видать — забрала затемнённые. Да и в целом броня для Эшу Урсу непроницаемая, хотя в обычных условиях он неплохо энергетические потоки и прочие сигнатуры выявлял — проверено на практике на многочисленных транспортных средствах с электроприводом. А здесь — ни-че-го! По-любому военные какой-то секрет знают… ну, что я говорил? Вон он, штурмовик! А Эшу Урсу на него ноль внимания! Это я сам, своими собственными глазами, увидел! По большей части из-за габаритных огней, конечно. А так на него не взглянешь, такое ощущение, что изрядную площадку у откинутой аппарели летательного аппарата осветили даже не прожектором, а здоровенной галогеновой «люстрой», что в ходу на внедорожной колёсной технике. Или, что вероятнее, светодиодной. И именно к этому ярко освещённому пятачку постепенно стягивались двойки и тройки десантников, конвоирующих таких же бедолаг, как и я. Хотя… если присмотреться, то не таких же. Я-то как огурчик, не бит, не крашен. А эти… каждый второй бланшем под глазом красуется, а каждый первый — расквашенным носом и подбитыми ребрами, судя по перекособоченным позам. Выходит, не только лишь всем перепадает бойцовская вежливость! А если точнее, то только нам с Вовой — вон он, напарничек, стоит да лыбится! Что характерно, один и без охраны. И поодаль от кучки парней характерной латинской внешности, рассаженных вплотную друг к другу на песке. А ещё у них у всех без исключения руки за спиной стянуты — отсюда не разглядеть толком, но, похоже, стандартными одноразовыми наручниками. Теми, что в виде пластиковой полосы с функцией фиксации формы. То есть и в этом мы с напарником от противной стороны отличаемся — нас стреножить никто не озаботился. Обидно? Вовсе нет. Скорее лестно. Ибо особое отношение! Прямо как у шефа Мюррея ко мне, любимому.