Имение Хидана Мацуо жалобно воет, покрываясь трещинами. Колонны рушатся...

Пар полностью скрывает сражающихся от моего взгляда...

Сейчас я отчетливо понимаю, как слаб... Тот, кто не может сориентироваться на поле боя лишь пушечное мясо. Таких убивают первыми, за кадром, даже не замечая этого. Их разрывает на части, и никому нет до этого дела.

С отчаянной иронией понимаю, что я сейчас один из тех сотен наемников и полицейских, которых в местных фильмах убивает главный герой, чтобы добраться до главного злодея, а в конце благородно его пощадить... Настоящий, мать его, герой...

Чувствую себя... второстепенным.

И это... бесит.

Время будто замирает. Одними инстинктами я понимаю, что Киба Рио пользуется Элементальными Плетениями. Лучшими, среди всех боевых. Кэр же мастер совершенно других направленностей. Он больше по поддержке и самообороне. Как и большинство в Ордене...

Этот бой может затянуться...

Камень летит с огромной скоростью и рассекает мне бровь. Чувствую, как лицо заливает кровью, а сознание улетает в мир сраных грез...

Стоять Эйн Соф... Никаких обмороков. Ты и так упал в своих глазах ниже плинтуса...

Не знаю, сколько проходит времени, но, когда пар, пыль и вспышки затухают, перед имением Хидана остаются одна выжженная пустошь и запах дыма. От сада лишь обугленные пеньки. Фонтан разнесло вдребезги, а фасад огромного дома превратился в полуруины.

Осматриваюсь, стирая кровь с лица тыльной стороной ладони.

Я нахожусь в небольшом безопасном «оазисе». Кто-то оградил меня от боя. И вряд ли это был Кэр.

Кэр пропал. Я не вижу его.

Киба Рио лежит на спине. Я не слышу его сердцебиения.

Перемены в ситуации все-таки придают мне сил, и я встаю. Ковыляю к нему, подхожу, смотрю снизу вверх.

Мертв.

Протягиваю руку, чтобы...

Тук!

В одну миллисекунду мое запястье перехватывает Киба Рио. Его пальцы как раскалённые прутья, но я лишь морщусь, не вырываюсь:

— Жив, значит. Ты убил его?

— Ранил. Он сбежал.

Что-то в ордене все любят убегать. Мне следует поучиться этому, а не ввязываться в неприятности, несовместимые с жизнью.

Киба Рио сжимает запястье сильнее. Еще немного и сломает руку:

— А теперь поговорим, сын.

— Конечно, — сжав зубы отвечаю я. — Почему нет. У нас же ПОЛНО времени. Ты, кстати, решил мне руку сломать? Так у нас диалог не пойдет.

***

Киба Рио встает сам. Быстро, уверенно, как будто с кровати, после хорошего сна. Но я хорошо разбираюсь в уровнях ущерба человеческому телу. А его ущерб с жизнью вряд ли совместим. Он испытывает боль, но не показывает это ничем. Либо он под наркотиками, либо под силой воли, которой могу позавидовать даже я.