— И какой мой талант подставляет наибольшую ценность, господинСудзуки-сан? — спрашиваю я, внутренне улыбаясь, будучи уверенным в знании ответа.

— Нам известно, что вы, госпожа ЮнМи, обладаете уникальными талантами в музыке и стихосложении, но предоставление гражданства будет благодарностьюНиппон , за оказанную вами «особую услугу» её народу.

Озадаченно хлопаю глазами, пытаясь сообразить — когда мне удалось так отличиться? Прокручиваю в голове все события своей новой жизни, связанные с нынешней Японией и не нахожу никакой зацепки, которую можно было бы использовать в качестве объяснения.

— Прошу прощения, господинСудзуки, — осторожно произношу я, безрезультатно проинспектировав свои хранилища памяти. — Но признаюсь, — просто не понимаю, о чём вы говорите.

— Благодаря вашему участию в концерте против подростковых суицидов, за всё время, прошедшее с его окончания, в Японии не случилось ни одного самоубийства среди молодых людей в возрасте до двадцати трёх лет!

Изумлённо смотрю на довольного работника миграционной службы, одновременно ощущая лёгкий холодок страха в спине.

— В «Токио Доум», на концерте, были и другие участники, — справившись с эмоциями, напоминаю о имевшемся факте. — Почему успех мероприятия приписали только мне?

— Для этого есть веская причина, — отвечает тот, и повернувшись к помощнице, протягивает руку.

— Дай! — требует он.

Оказывается, у девушки, под планшетом было тонкое зеркало в размер девайса, которое я не заметил. Она ловко, пользуясь одной рукой, его подхватывает и передаёт начальнику.

— Прошу вас, взгляните, — предлагаетСудзуки, разворачивая ко мне блеснувшее бликом стекло.

Вытянув шею, осторожно заглядываю в него и замираю, буквально офигев от увиденного.

У меня опять — СИНИЕ ГЛАЗА!!

— Так же, как случилось с вами после концерта в Сеуле, — словно услышав мои мысли, говорит японец. — И в Корее тоже не было самоубийств школьников. Почти целый год.

Бросаю на него быстрый взгляд и снова возвращаюсь к своему отражению.

Вот это я попал!

— «Кошка-защитница»! — испугано вскрикиваетноунейм -девушка, заставляя повернуть к ней голову.

Вижу свою кошатину, которая сделав несколько шагов, усаживается у двери, оборачивает вокруг себя хвост и, с выражением явного неодобрения на морде,выставляется на моих посетителей.

— Я ничего плохого не делаю, — торопливо сообщает ей девушка.

— Да, — поддакивает ейСудзуки, тоже обращаясь к Мульче. — Мы просто хотели узнать, что помнит о происшествии уважаемая ЮнМи-сан…

Внезапно на меня обрушиваются воспоминания о случившемся на сцене в «Токио Доум». Боль, миллионовольтной молнией пронзает моё тело, заставляя скрючиваться креветкой. Кричу изо всех сил и отрубаюсь, провалившись во мрак.