В этот момент, отвлекая от мыслей о трудностях земного пути, входит СунОк. Наблюдая, как она движется по направлению к креслу, думаю: «Какого чёрта она до сих пор тут? Почему я её не выгнал домой, в Корею?»

Онни , тем временем изящно вильнув пятой точкой, приземляется на выбранную посадочную площадку. Ну, наверное, она так считает, что «изящно»…

— Не так уж много… — снисходительно произносит между тем та, весьма небрежно кидая на столик перед диваном план работ, который мне дали сегодня в агентстве. — Впрочем, как и ожидалось…

Продолжая молча смотреть на неё, догадываюсь, что в данный момент она косплеит участницу переговоров руководства транснациональной компании. Ну, весьма похоже на то, как это показывают в дорамах. Слегка неестественная поза, многозначительный голос и выражение на лице, прямо-таки вопящее о том, что говорим мы одно, но на самом деле имеем в виду другое, но все из тех, кто «посвящён», понимают смысл.

— Ты о чём? — напрямую спрашиваю я, грубо нарушая каноны телесериала.

— О твоих рекламодателях, — говорит она, небрежно ткнув пальцем в направлении листа.

— Что с ними не так?

— Ни одной крупной компании, — многозначительно констатирует СунОк. — Например, вот эта, первая.«К2 Sports» ! Что это вообще такое?

— Реклама спортивной обуви и одежды. Я уже сегодня отработала их заявку.

— Я про то, кто о ней, когда–нибудь, слышал? Название, словно унуги —группы ! И что случилось с «К1»? Они обанкротились?

— Зачем тебе об этом знать? Они заплатят мне почти двадцать тысяч долларов за то, что я влезла в их кроссовки и меня минут пятнадцать снимал фотограф!

— Тебе разве безразлично, на кого ты работаешь?

— Это не реклама наркотиков, терроризма и алкоголя. Всё остальное для меня не табу.

— И лесбиянок будешь рекламировать? — округляет глазаонни .

— Ты достала! — уже сержусь я. — Чё те надо?

— Твой уровень — реклама международных корпораций, а не каких–то малоизвестных фирм! А вот их–то как раз и нет в списке!

Задумываюсь, над указанным фактом. Хм, а действительно…

— Вконцернах мозгов больше, чем вноунеймах , — объясняю я, транслируя только что придуманное объяснение причины. — Не хотят связываться со всякими необъяснимыми штучками. Завтра выяснится, что всё былопостановкой, и пропали их денюжки. Осторожничают. Может, в маленьких конторах мозги тоже есть, но нет известности. Поэтому они готовы рискнуть и заплатить захайп , ради привлечения внимания.

— Что было — «постановкой»? — сузив глаза, спрашиваетонни .

— Да что угодно. Надёжнее иметь дело с человеком, у которого есть долги, недвижимость и с ним не происходят непонятные вещи. Такой, вроде меня, я бы тоже не стала сразу верить на слово, а вначале присмотрелась бы.