Глава 8. Схождение госпожи Манаи
Имянаречение. Великая дрожь истинной любви. Нечестивый обряд. Господин Нефритовый Панцирь. Нелепый слух.
В прошлой главе я поведал о том, как госпожа Манаи, тогда ещё носившая имя Ни, стала женой старого советника Киёмори, но так и не вкусила супружеского ложа, ибо почтенный старец скончался от избытка чувств при виде её наготы. Овдовев, она привлекла внимание самого императора Шио, который, выслушав её исповедь о кознях лисы Госпожи Мягкие Лапки, пригласил её в Красный дворец в качестве наложницы. Ныне же я расскажу, как Ни ступила на священную землю императорского дворца, и какие чудеса и ужасы её там ожидали.
В назначенный день, когда траур по господину Киёмори подошёл к концу, за Ни прислали закрытый паланкин с гербом в виде красного феникса. Двое дюжих носильщиков бесшумно пронесли её по мосту через Уйми. Красный дворец, как и положено, был на ее южном берегу. Ни вышла из паланкина, и сердце её забилось чаще. Её встретил привратник-евнух с гладко выбритым лицом, одетый в парчовую безрукавку. Он провёл её через трое ворот, каждые из которых охраняли воины с гуандами, и наконец ввёл в просторный внутренний двор, где росли карликовые сосны и журчал ручей, пущенный по особым желобам. На каменных ступенях главного здания стоял молодой человек удивительной красоты. На вид ему нельзя было дать более двадцати лет, хотя в глазах его читалась глубокая, не по годам мудрая печаль. Одет он был в халат с вышитыми золотыми облаками, на поясе висела нефритовая подвеска в виде рыбы. Это и был главный распорядитель Красного дворца, господин Урангон, который некогда был личным слугой Шио по имени Рю.
Ни опустила глаза долу, но краем взора успела разглядеть его тонкие черты, бледную, почти прозрачную кожу и губы, изогнутые в вежливой, но отстранённой улыбке. Урангон приветствовал Ни от лица всего Красного дворца и назвал себя, пояснив, что отныне он будет её наставником и распорядителем на всё время, что она проведёт в этих стенах. С этими словами он повернулся и пошёл вперёд лёгкой, почти летящей походкой, а Ни двинулась следом, стараясь не отставать.
Коридоры дворца были отделаны красным лаком, на стенах висели свитки с изображениями райских птиц и цветущих деревьев. Из-за ширм доносился приглушённый смех, стук игральных костей. Пока они шли, господин Урангон, не оборачиваясь, рассказывал об устройстве гарема. Он пояснил, что здесь двадцать четыре покоя, в каждом из которых живёт одна из наложниц императора, а её покой будет двадцать пятым, приготовленным особо по распоряжению самого Шио. Ни удивилась, полагая, что новую наложницу поселят в самом дальнем углу, но господин Урангон привёл её к небольшому отдельно стоящему павильону, соединённому с основным зданием крытой галереей. Там Ни и предстояло жить. Служанок обещали приставить завтра, а на сегодня велели отдыхать.