— Интересно, — вмешался я, — откуда у простого кормчего такие знания про сильных мира сего?

— Так река же, благородный риттер, — ничуть не смутился Зальцигхунд. — Много всякого люда путешествует, и многие любят поговорить. А я ведь не глухой. Да и заговорил я про это от того, что покамест на Рейне надо ухо востро держать из-за разбойников этих.

То ли Дитер накаркал, то ли Фортуна решила повернуться к нам задом, чтобы не слишком расслаблялись, но, когда мы прошли устье реки Лис, правого притока Рейна, из него выскользнули два судна, весьма напоминавших драккары викингов, ещё век назад наводившие страх на европейские берега, да и теперь ещё вполне употребляемые в Скандинавии для торговли и иных целей. Причём кое-где в тех местах они удержатся аж до XVI века. Но тут были явно никакие не викинги, а те самые речные пираты, о которых рассказывал кормчий. Хотя нам от этого не легче, так как на драккарах полный комплект народу, под завязку. Викинги так делали только в близких походах. Правда, и речным пиратам в дальние плаванья не ходить. Причём по скорости эти драккары значительно превосходили хольк, было ясно, что «Ундину» они догонят довольно быстро. Ещё и погода на реке тихая, как назло. Ветра нет, парус бессильно повис, хольк идёт на вёслах, которых на каждом из драккаров вдвое больше. Мы с Роландом и Солёный Пёс заметили угрозу одновременно. Кормчий нахмурился, но остался спокоен.

— Решайте быстро, благородные господа, — заявил Дитер. — У них на каждом корабле морд по семьдесят. Они быстрее и догонят нас за полчаса, может, немного больше. Вёсел у них вдвое против нашего, и людей они могут менять чаще. Убежать мы не сможем, только выбьемся из сил, когда они нас настигнут. Ветра нет, да хоть бы и был, их корабли легче даже с таким количеством бойцов, «Ундине» от них и под парусом не уйти. Можно сдаться, но останемся ли живы? Этого никто не знает. Особливо когда эти крысы поймут, что грабят благородных. Можно уйти к берегу, бросить судно, да все вещи и коней. Если не подстрелят, сможем уйти. Правда, тут у берега сплошные мели, пока будем искать проход, наверняка догонят, у них-то осадка поменьше.

— Что скажешь, Роланд? — я испытующе посмотрел в глаза друга.

— Да что тут скажешь? — пожал плечами дю Шатле. — Не для того я пошёл воевать с сарацинами, чтобы сдаваться всяким подонкам или бегать от них и дарить им своего коня и вещи. От Репейника не побежал, и от этих не побегу. Думаю, Святой Януарий поможет нам и на этот раз.

Близнецы встретили слова Роланда одобрительными восклицаниями.