— Что скажешь? — поинтересовался Беспалов, перекрикивая долбящий длинными очередями «Максим» с расположенной рядом пулеметной площадки.
Разведрота выдвинулась вперед сразу же, как освободилась траншея, так что избиение атакующих можно было наблюдать «из первого ряда». В смысле, выглянуть из амбразуры, оценить обстановку и укрыться для размышлений.
— Ничего не скажу.
— Нет, ты все же скажи!
— Если нас сейчас отправят их поднимать, рядом ляжем! — дипломатично сказал Володин.
Батальон поливали пулеметным огнем откуда только возможно, включая окопы по немецкому краю карьера. Гаубицы пока не подключились, но минометы боеприпасов уже не жалели. Единственное, что спасало залегших людей, — это великое множество воронок, по которым они рассосались.
— Да уж.
Мимо прошел мрачный командир полка, который, узнав Володина, дрогнул, но не остановился. Морды его свиты радостью светились не больше.
У траншеи лег артиллерийский залп.
— Сто пятьдесят пять, б…ь! — сказал Володин. — А не зря ли нас в эту траншею загнали, товарищ младший политрук?
Беспалов остро блеснул глазами, но ничего не сказал.
* * *
Артналет полевых гаубиц по огневым средствам в окопах оказался кратким, но весьма интенсивным. В побитой траншее стонали и кричали раненые.
Выбравшийся из ячейки первым, политрук неожиданно встал как вкопанный. Володин выглянул из-за его спины. Перед Беспаловым на дне траншеи лежала перевернутая «халхинголка», полная перемешанной с песком черно-серо-красной массы.
Политрук покосился на Володина и, осторожно подняв шлем, выбросил его за бруствер.
Денис молча протиснулся мимо него, говорить тут было не о чем. Погибшему бойцу было уже было все равно.
Оставшийся за спиной политрук с брезгливой гримасой оттирал песком руки от крови.
Владелец каски был пулеметчиком. Судя по размеру воронки, в ячейку «Максима» попал 105 мм снаряд, но и его хватило с избытком. Пулемет, короба с лентами и трех человек словно пропустило через камнедробилку
Володина передернуло, супостатскую артиллерию он всегда недолюбливал. Вне зависимости оттого, что по нему кидало: древние, как говно мамонта, Д-20 или Д-30, тоже немолодые СПГ-9, эрзац-минометы с баллонными бомбами, или минометы полноценные от всех производителей. Жить ему или нет, под их огнем от него не зависело. Почти.
Касательно почти, от маразматических представлений состоявшихся на плацах, в выращивании свиней и в кражах горючего с запчастями военных он был все же далек, так что артиллерию ответом на все вопросы не считал. Так же как, впрочем, и не любимую им еще больше арты тактическую авиацию.