Закатываю глаза и начинаю смеяться, вот уже и Феликсу в бизнесе нашлось применение.

В этот момент звон стекла разбитой витрины и вопль ненормальной девицы заглушил наш деловой разговор. Я от испуга чуть не свалилась со стула, хорошо сидела в глубине зала, но камень-таки долетел до моих ног.

— Будь ты проклята, ирландская шлюха. Украла у меня жениха, ненавижу! — истеричный вопль, выдал вандалку: это та самая Наталья Кирилловна, одержимая Феликсом. Он успел рассказать мне историю этого непродолжительного и вынужденного знакомства.

Конечно, я даже не вышла, чтобы посмотреть на неё, но Виктор мгновенно среагировал. Свистнул и городовой подоспел, чтобы подтвердить преступление и записать данные преступницы. Собралась толпа любопытствующих, слышны крики и смешки в адрес девицы, с непристойным содержанием.

Мне пришлось тихо выйти в мастерскую и продолжить работу, пусть Виктор сам разбирается с ней и полицией.

Неприятно, мне сейчас только таких разборок не хватало, Журавлёв уже намекнул, что разрешение на выдачу документов подписано, осталось ждать пару недель и тогда можно будет написать грозный ответ и в английское консульство, чтобы прекратили противоправную деятельность в отношении гражданки Российской империи.

И вот эта дурында решила испортить мне идеальную репутацию, уж газетчики этот случай точно растиражируют.

«Прям злости не хватает, мало мне проблем!»— проворчала себе под нос.

— С таким красивым женихом, это ещё не проблемы. Но он тебя очень любит, это видно. Воздалось тебе за страдания, — Нина не выдержала и вставила свои пять копеек в мои размышления и заставила улыбнуться.

К вечеру в салоне уже установили новую витрину из более прочного стекла, а Наталье и её семье придётся оплатить стоимость, счёт уже отправили по адресу. Думаю, что папаша ей, наконец, устроит воспитательную взбучку и научит, как нужно вести себя в обществе, а, скорее всего, вышлют от позора в Москву или Смоленск, куда здесь непослушных ссылают на перевоспитание.

Хотя втайне, я ей даже благодарна, она так запугала своим поведением Феликса, что теперь любая нормальная женщина для него — ангел. Даже я, а ведь у меня характер ирландский, слегка упрямый, но за его счёт и выживаю.

Вечером примчался Феликс, бедный, уж такой у него виноватый вид был, что пришлось Виктору тихо так намекнуть, что старая витрина была мутной, а новое стекло почти идеальное, так что за счёт попаши незадачливой Натальи, наш салон даже в выигрыше остался.

Чего не скажешь о моей репутации.

Следующее утро разразилось скандальными заметками, но, к счастью, грязь поливали именно нарушительницу спокойствия, а так как у нас тут много женщин в салоне трудится, то уточнять, против кого был этот выпад не решились. Видимо, «ирландская шлюха» в её вопле услышали и поняли только мы с Виктором.