— Есть поражение, — прокомментировал оператор.
— Вижу.
Анатолий, по инициативе которого были привезены и смонтированы новейшие российские стратегические ракеты с ядерными боеголовками, кивнул. Затея оправдала себя на все сто. Но атхара не думали сдаваться. Словно по команде, в шести точках вспыхнули облака перехода.
— Терминаторам — атака!
Вооружённые ракетами с ядерной начинкой, истребители прыгнули к своим целям и разрядили ракетные отсеки прямо в полыхающие неземным светом шары перехода.
— Облако перехода в атмосфере!
— Чёрт! — Анатолий сжал масштаб карты и увидел, как на границе атмосферы планеты вспыхнула зона перехода. Гравитационный удар разрушил корпус исполинского корабля, но это уже было не важно. Сотни тысяч десантных модулей начали покидать матку и устремляться к поверхности. — Ну что за твою мать!
— Толя, спокойно. — Генерал, командовавший боем с борта тяжёлого крейсера, вывел маркер для штурмовиков на место посадки атхара. — Сейчас их причешут штурмовики, а потом дочистят десантники.
Как раз в этот момент прямо по курсу истребителя Баркова вспыхнуло облако перехода.
— Атакую! — Последняя ракета ушла в сферу, словно в молоко. Такая же участь постигла и ракету, пущенную Кирой. Несколько секунд, растянутых восприятием в томительные минуты, всё замерло, и даже стало казаться, что сияние чуть поблекло, но ещё через мгновение из облака вынырнуло нечто с развороченным носом и корпусом огромного размера. Судя по диаметру, превышавшему даже размеры королевы, это была та самая суперкоролева, наличие которой предполагалось лишь гипотетически. Теперь было понятно, чего ждали атхара. Корабль такого размера был намного менее маневренным и довольно медлительным. Кроме того, вступление в бой такого левиафана предполагалось лишь на завершающем этапе боя.
Для туши длиной в десять километров два ядерных заряда были совсем не критичны. Потеряв во взрыве всю носовую часть, матка всё ещё была в состоянии вести бой и высадить на планету более пятидесяти миллионов боевых особей и пятисот малых маток для их воспроизводства.
— Третья, четвёртая, у кого есть девятисотые? — бросил Анатолий в эфир, уже зная ответ.
— Третья — сухо. Четвёртая — сухо, — отозвались командиры эскадрилий.
В секунду перед внутренним взором Баркова промелькнуло видение бесчисленных орд бронированных пехотинцев атхара, сминающих боевые порядки русских десантников, и странная горечь заполнила рот.
— Две жизни не прожить.
— Не понял последнюю фразу, — отозвался оператор. — Прошу повторить.
— Я говорю, первая, вторая, прикрывайте! — Барков, сбросив подвесные баки, заложил крутой вираж, заходя вражескому кораблю со стороны кормы. Многочисленные истребители атхара ещё только проклюнули свои носы в отверстиях сбросовых каналов, когда две эскадрильи, разнося пушечным огнём всё, что встречалось по дороге, прошлись вдоль борта космического исполина. Сам Барков заложил чуть более пологую кривую, чтобы иметь возможность разогнаться, и, когда он волевым усилием активировав режим «побег», истребитель словно выстрелил по направлению к вражескому кораблю.