— Так что проясни для себя её статус и, что самое главное, свой собственный. А потом уже набрасывайся на бедного Антона, если так хочется.

Резко шагнув назад ко мне, теперь Жданов одаривает многозначительной неприязнью своего друга, и я прямо-таки физически могу ощущать его раздражение и даже злость.

— Конечно, Михаил Андреевич. Именно этим я и займусь в ближайшее время, можете не сомневаться, — едко произносит, а после мягко подталкивает меня к автобусу, выглядя таким же напряженным.

Облегчённо выдохнув, испытав крайней степени дискомфорт от этой стычки, захожу внутрь и сразу направляюсь в самый конец, пока Дима загружает мой чемодан. Его, видимо, уже давно лежит на своем месте. Киваю с натянутой улыбкой некоторым ребятам и присаживаюсь у окна, нарочито отвернувшись, когда в салон подтянулись Михаил с Антоном.

***

Спустя примерно двадцать минут после того, как автобус тронулся с места и отправился в путь, многие успели задремать, а кто-то продолжал между собой беседовать вполголоса. И мы с Димой были в числе последних, уютно устроившись в самом конце, где никто не мог нас видеть в почти что кромешной темноте. Прямо перед нами сидел в одиночестве Егор, но и он давно воткнул в уши наушники и, кажется, провалился в сон судя по тому, что последние минут десять совсем не двигался.

— Саш? — шепотом позвал меня шатен, ласково перебирая мои волосы.

— М?

— Нам осталось отыграть ещё три концерта, после чего мы вернемся в Москву и будем совершенно свободны. И я знаю про твой день рождения. Что ты хочешь в подарок? Назови любое желание, а я сделаю всё, чтобы его исполнить.

Смотрю на пальцы наших рук, переплетённые вместе и лежащие на его коленке, а сама широко улыбаюсь, положив голову на крепкое плечо.

Боже, подобные слова мечтает услышать абсолютно каждая женщина, так почему такой счастливицей стала именно я?

Приподнимаю голову и заглядываю в самые красивые для меня на свете глаза. Они привычно лучатся тихой нежностью, что заставляет меня снова и снова сходить с ума от всё более стремительно разрастающейся любви.

Улыбаюсь хитро, затем подвигаюсь к нему ближе.

— Дим, — понижаю голос до шёпота. — А если я скажу, что хочу тебя?

Заметно приятно удивленный, он откидывает голову и еле слышно посмеивается. Обхватывает меня обеими руками, вжимает в свою грудь и, зарывшись носом в волосы, точно так же шепчет в самое ухо:

— Когда это моя искренняя и кроткая девочка успела превратиться в символ рокового соблазна?

Не могу и слова вымолвить, по-настоящему зачарованная происходящим.

Вокруг нас полно людей и, вполне вероятно, многие из них, помимо Михаила, догадываются о возникшем между мной и Димой романе, а мне впервые совершенно плевать. Есть только он, его соблазнительный шепот, сильные руки и горячие объятия.