Взяв чашку с фруктами, выхожу из кухни прямиком на просторную полянку и подхожу к столу. Ставлю на него чашку, и в этот момент ко мне со спины подкрадывается мой муж. Обнимает сзади осторожно, будто я хрустальная, и целует в висок нежно-нежно, отчего по коже бегут мурашки.

— Ты не устала? — спрашивает тихо Дима, чтобы никто не слышал, но в его голосе столько заботы, что, кажется, его слышит весь мир. — Всё носишь, помогаешь. Тебе нельзя напрягаться.

Поворачиваюсь к нему, улыбаюсь и кладу ладонь на твёрдую грудь, прямо туда, где ровно и сильно бьётся его большое сердце.

— Я не устала, Дим. Правда. Я и так ничего по дому не делаю, а сегодня могу хотя бы немного поухаживать за гостями. Это же мой праздник, имею право хлопотать.

Он улыбается чуть шире и смотрит на меня так, будто видит впервые. В его глазах столько любви, столько благодарности, что мне становится неловко и радостно одновременно. Кладёт руку на мой живот и мягко, бережно поглаживает.

Я на шестом месяце беременности, и наш малыш — девочка — иногда толкается, напоминает о себе. Прямо как сейчас. А Дима каждый раз замирает, прислушивается и шепчет ей:

— Малышка, папа тут.

В данный момент тоже чувствует эти еле ощутимые пинки, но продолжает внимательно глядеть на меня.

— Ты точно в порядке?

Я уверенно киваю, потому что знаю: он не успокоится, пока не услышит это ещё раз.

— Точно. Всё замечательно.

Любимый целует меня в губы — не спеша, невесомо, словно боится спугнуть этот момент. А потом наклоняется и прижимается губами к моему животу сквозь тонкую ткань сарафана.

— Привет, моя девочка, — тихо здоровается с дочерью в десятый, наверное, раз за день. И голос у него чуть дрожит. — Мама у нас молодец, правда?

Кладу ладонь на плечо Димы и чувствую, как под моими пальцами напрягаются мышцы.

Он, как и я, до сих пор не может поверить, что это происходит на самом деле. Что он всё-таки стал отцом и скоро возьмёт нашего ребёнка на руки.

Когда я сообщила ему про беременность полгода назад, сначала замер в шоке. Потом вдруг порывисто обнял меня так крепко, что я едва могла вдохнуть, и заплакал.

— Спасибо тебе. Спасибо, спасибо, спасибо, родная! — настоящие слёзы, тихие, без всхлипов, катились по его щекам, пока он смеялся от радости. — Спасибо за это чудо. За нас.

С того дня он окружил меня такой заботой, что иногда хотелось сбежать из дома на пару часов и перевести дыхание. Отменил все свои выступления, гастроли и съёмки, чтобы быть рядом со мной и обеспечить всем необходимым. Лучшая клиника, лучшие доктора, дорогие витамины, личная домработница, различные расслабляющие процедуры и тому подобное. Однако я никогда по этому поводу с ним не спорила, так как понимаю, что ему это просто нужно. Нужно знать, что он может защитить, уберечь, сделать всё идеально.