Михаил сделал вид, что всерьёз обдумывает это предложение. А может, и обдумывал. Кто их, кваzи, знает.

– Давай всё-таки не будем спешить, – сказал он. – Лучше подумать перед работой, чем приступать к ненужным действиям.

– Позиция лентяя, – восхищённо сказал я. – Уважаю!

– Это чистая логика! – возмутился Михаил. – Приступив к ненужной работе, очень трудно понять её ненужность. В итоге больше времени тратится на выполнение излишних действий, чем на выработку правильного регламента работ.

– Логичная лень! – Я всплеснул руками, вскочил из-за стола. – Михаил, ты придал моей жизни новый смысл. Давай думать.

– Но поскольку тратить время впустую неправильно, то думать надо во время выполнения рутинной и скучной работы, – сказал Михаил. Взял с моего стола рапорты и заявления, начал перелистывать. – Что-нибудь скучное, но полезное для общества.

– Я так не играю, – сказал я. Пошёл к шкафчику, достал с полки свою любимую кружку. – Пойду кофе у девчонок попрошу.

– Вы утром с Анастасией и так пили кофе, – сказал Михаил. – Много кофе – вредно.

– Откуда ты…

– Запах.

– Ах да. Ходячий газоанализатор. – Я кивнул.

– Вот, любопытно… – Михаил отложил листки, оставив в руках один – распечатку е-мейла. Видимо, пришёл на электронную почту или на сайт отделения, а утром мне положили на стол. – Гражданка Файзулина просит взять под стражу её сына Руслана, семнадцати лет, поскольку тот одержим мыслью совершения самоубийства для превращения в кваzи.

– Это в ПДН, – сказал я. – В подразделение по делам несовершеннолетних. Хотя нет, они – до шестнадцати.

– Пишет, что там отказали. И психологи отказали.

– Как это? – возмутился я.

– Потому что на беседах мальчик утверждает, что никаких самоубийств не планирует, кваzи хочет стать «в своё время», производит впечатление жизнерадостного и вменяемого. А мама сама состоит на учёте в психоневрологическом. Видимо, её мнению не доверяют.

– И что мы можем поделать? – Я развёл руками. – Под стражу взять? Бред. Поговорить? Ну так с ним специалисты говорили и ни к чему не пришли. Может, ей всё-таки к врачам обратиться?

Михаил укоризненно смотрел на меня.

– Ладно, – вздохнул я. – Поехали. Поговорим с молодым человеком. Ты ему расскажешь, чего стоит возвышение, и он передумает.

– Я не расскажу, – нахмурился Михаил.

– Тогда возьмёшь ремень и выпорешь. Поехали, в конце концов, отметим в рапорте, что провели предупредительную беседу. А то и впрямь покончит с собой, недоросль, а на нас всех собак навесят. Где он живёт?

– Краснобогатырская, дом один, корпус два. – Михаил подумал и добавил: – Возле Преображенской площади.