— Ну… — задумчиво протянула жена.

— Ты посмотри сама… вот… «Интегральное исчисление!» — ткнул профессор в список. — Ты сама-то вообще понимаешь, о чем там может идти речь? — задал риторический вопрос Иван Павлович и продолжил: — Я понимаю, что училась ты очень давно, так же, впрочем, как и я, но всё же это уровень как минимум студента института. Как минимум! Конечно, в школах это тоже проходят, но поверхностно, не углубляясь. А это… — Он зачитал: — «Исследование по баллистике…» или же «Новая теория движения Луны» — это что-то невообразимое! Такое в институте, скорее всего, даже и не преподают, разве что на последних курсах, по специализации… Это скорее аспирантский уровень. В аспирантуре этому, наверное, учат! — горячо убеждал жену профессор.

— Ты думаешь? — хлопая своими большими ресницами, удивилась Эмма Георгиевна.

— А как ещё-то? Как? Скажи мне как? Мальчику пятнадцать лет. И что⁈ Ему такое интересно? Да ему в войнушку играть, из рогатки стрелять или в кино ходить… а тут — дифференцированное исчисление. Чушь какая-то. Что-то тут не сходится!..

* * *

Выйдя из библиотеки, я зашел в книжный магазин. Это был большой книжный на улице Королёва. В нём на одной из стен висела огромная карта мира, которая мне всю прошлую жизнь и всё детство очень нравилась. В той жизни я часто заходил сюда и долго стоял над ней, осматривая огромные морские просторы и исполинские материки. К сожалению, эта карта не продавалась. Я спросил у продавца, есть ли подобные, только, быть может, меньших размеров? Мне ответили, что такие карты не продаются. Они лишь для учебных заведений. Ну что ж, делать нечего. Хотя карта мне и нравилась, но обворовывать магазин я не собирался. Во всяком случае, пока.

Прошелся и посмотрел на стеллажи книг. Каждая книга была напечатана как минимум стотысячным тиражом. Тираж в сто тысяч экземпляров в будущем будет считаться просто нереально огромным. Сейчас же — это обыденность. Народ в этом времени книги ценит и с удовольствием читает всё подряд — от запрещённого «Доктора Живаго», написанного Борисом Пастернаком, и до рассказов разрешённого Михаила Шолохова.

«Может быть, пойти по ВДНХ погулять?..» — с ленцой подумал пионер пролистывая очередную книгу. Живу рядом. Уже несколько дней в этом мире, в этом времени, а там ещё не был. А зря — наверняка там много интересного. Пройдусь «по Абрикосовой», сверну… куда-нибудь, посмотрю, что там сейчас делается, поем мороженого. Сниму пару девах, номер в гостинице, закуплю шампусика и уже там… эхх… Шутка, конечно, но было б неплохо. Решено, иду гулять'.