Сразу видно — новый мировой порядок стоят, не иначе. Ну а чего я хотел, у этого Мансура наполеоновские планы.

Но мне все еще было неуютно тут. Что-то подсказывало, что, прячась в домике, заминированном со всех сторон, я чувствовал себя лучше. А еще привычнее, наверное, мне было бы в окопах.

Но так уж получилось, что я тут. И с этим ничего не поделаешь.

— Хорошо здесь… — проговорил мент. — Ну скажи же, хорошо, Серег.

— Ага, — ответил я.

Особого энтузиазма по поводу всего этого в голосе у меня не было, но Сергеев, очевидно, был настолько рад своему успеху и почестям, с которыми нас принимают, что не обратил на это внимания. Он снова приложился к банке, откинулся на доски, вытер пот со лба — здесь было достаточно жарко. Все-таки сауна.

— Ничего, — сказал вдруг он. — Мы и у себя в Кировском такое построим. Надоело мне в этой общажной комнате. Дома свободные есть, чего бы не занять? — он ухмыльнулся и добавил. — И тебе тоже достанется. Чего грустишь-то, Серег?

— Да не, нормально все, — ответил я, выпил еще немного пива. — Просто… Как-то странно для меня все это. Непонятно, если честно.

— А что именно непонятно-то? — спросил мент.

— Да не знаю, — ответил я. — Все уже сказал.

— Раз ты внизу сидишь, поддай немного. Хочется, знаешь, пропотеть.

Ну, мне несложно. Я подошел к большой бадье с водой, взял ковшик, набрал немного. А потом плеснул на камни. В последнюю секунду успел отшатнуться, чтобы меня самого не ошпарило. Струя горячего пара ударила во все стороны, и сразу же стало еще жарче.

— Хорошо, — проговорил Сергеев и закрыл глаза. Снова вытер пот со лба.

Я подумал немного, и тоже полез на полку. Согнул колени, сложил на них локти, закрыл глаза. Огонь, вон, слышно, как гудит. И действительно жарко. И нас двое всего. Я бы не удивился, если бы кто-то еще из местных начальников сюда пришел. А так мы только вдвоем.

Блядь, до чего же это все странно.

И стоило мне об этом подумать, как дверь сауны открылась, и в нее ввалились две девчонки. Одна — повыше, с длинными кудрявыми светлыми волосами. Вторая — пониже и поплотнее, причем достаточно мускулистая, скорее всего, раньше каким-то спортом занималась. У этой волосы темные и короткие, мужская стрижка, я бы сказал даже.

— А вот и мы, — проговорила та самая, с короткой стрижкой. — А вы нас заждались, наверное?

Рабыни? Хрен знает. На лицах улыбки, голоса тоже задорные, так что с первого взгляда даже и не подумаешь. Хотя, может быть, рабыни, которые полностью свыклись со своим существованием. И при этом в какой-то мере полюбили свое положение. Им ведь не приходится землю копать, камни таскать или раствор месить.