— И конвой и Изгоя? — почему-то решил уточнить он.
— Да, — снова подтвердил я.
— Бля, как так можно-то, — он резко сглотнул, как будто сопротивлялся тому, чтобы не блевануть. — Я же к тебе со всей душой. Команду выделил, оружие давал, даже машины… А ты вот так…
Я промолчал. А он посмотрел на меня, после чего отвел взгляд.
— Впрочем, я что-то такое и ожидал. После того, как узнал от того поляка, кто ты такой. А пацаны что? Ты их всех убил, да?
— Да, — в третий раз сказал я.
— Пиздец, — он пожал плечами. — Ну, земля им пухом, хули тут еще скажешь.
Он взял бутылку, приложился к ней и сделал несколько глотков. Резко выдохнул, а потом наклонился и вдруг блеванул прямо себе под ноги. Рвало его жестко, по помещению разнесся горький запах желчи.
— Выпьешь? — спросил он, протянув мне бутылку. — В последний раз. Ты же меня убьешь теперь.
Не убью. Его ждет участь гораздо хуже, чем просто пуля в голову.
Я сделал шаг в его сторону, а потом изо всех сил приложил прикладом в челюсть. Услышал, как щелкнули зубы, его опрокинуло назад, и он ударился головой о стену. И сполз по стулу прямо в лужу собственной блевотины.
— Пакуем его, — приказал я Роджеру, который как раз вошел в помещение. Рука его уже была забинтована, справился сам. — Он пока что нужен живым.
Набережные Челны, 2025 год.