Прошел через двор, вышел, пытаясь принять развязное выражение лица. Я бы еще и закурил бы, как будто после секса, да только смысл в этом какой? Я же не курю на самом деле, так что это скорее подозрений добавит. Да и как бы нет у меня сигарет. Думаю, запаха коньяка будет достаточно, чтобы подозрения снять.
А что потный и мокрый… Так я трахался же.
Вышел на улицу, подошел к калитке, будто мне любопытно стало, что там такое случилось. И увидел, как к дому приближается еще один отряд, который вел как раз-таки Фред.
— Стоять! — крикнул один из бандитов и вскинул автомат, прицелившись в меня. Секунду спустя это сделали уже и все остальные.
Глава 8
Ну в общем-то чего-то подобного я и ожидал. Остается только сыграть убедительно свою роль. Нет, подозрения, конечно, возникнут, так что потом несколько дней, а то и пару недель придется сидеть тихо. Но у меня есть вариант — я могу просто в город со своей командой идти. А пока меня нет, подозрения так или иначе сгладятся.
— Пацаны, вы чего, ебнулись что ли? — спросил я, но руки вверх поднимать не стал. — Что такое-то?
Фред, молча, посмотрел на меня. Остальные продолжали целиться. Никто ничего не говорил. Похоже, что они сами не ожидали меня тут увидеть.
— А ты-то чего тут делаешь?
— Да в смысле, блядь, — я выдохнул. — А чего я могу дома у Катьки ночью делать? Сам подумай.
Он посмотрел мне прямо в глаза. Не верил. Явно не верил. Но доказательств никаких у него против меня быть не может, если только бабу не расколют. А я постараюсь сделать так, чтобы этого не произошло.
— Бля, да не веришь — иди проверь, — сказал я, отступив чуть в сторону, будто пропуская их в дом. — Хули нет, мне жалко что ли.
— А вот и проверю, — проговорил вдруг Фред. Я этого не ожидал, но постарался сохранить спокойное выражение на лице. — Васян, зайди, посмотри, что там.
Боец, все так же держа автомат наизготовку, двинулся в дом, я только посторонился, пропуская его. Вошел. Через полминуты из дома послышался истошный крик испуганной женщины. Надо же, как натурально сыграла… Ей в театральное надо было поступать.
И я вдруг остановился. Там две тарелки и один бокал. Потому что мы пили из одного. Заметит?
Васян из дома выскочил, как ошпаренный, похоже, сам перепугался. Ну да, когда баба испуганная орет — это дело такое. Особенно если он вдруг понимает, что это чья-то баба. Но при этом у него еще и на лице смущенное выражение было, будто бы увидел то, чего не очень-то хотел. Но он, хоть и бандит, но молодой, лет двадцать ему. И, наверное, не совсем отморозок.
— Баба лежит, голая, — сказал он. — На кухне — конина стоит, ели недавно.