Я захожу на базу вместе со своим отделением. Смотрю на мертвых людей, а точнее, то, что от них осталось — обгоревшие трупы. Я иду дальше мимо ещё чадящих домиков и вижу вокруг трупы не только мужчин, но и женщин, детей, собак. Я понимаю, что партизаны разбили базу посреди мирной деревни.

Может быть, это точка невозврата? Не знаю.

Я по этому поводу ничего не чувствую. А вот один из моих бойцов кричит, плачет:

— Ты сделал из нас ёбаных убийц!' — кричит он. — Какого хуя вообще?

Я поворачиваюсь к нему и вижу зрачок автоматного ствола, смотрящего прямо на меня. По глазам вижу, что он способен меня застрелить за то, что мы сделали. А остальным уже плевать, мы достаточно долго провоевали, чтобы нас это не задело.

Это потом то воспоминание чуть не убьет меня, и меня из шока выведет Лика. Это тогда я оказался на грани безумия, потому что не знал про себя ничего. И пытался жить нормальной жизнью.

Может быть, Лика взяла на себя роль не только моей женщины, но и матери? Не знаю.

Сейчас же, вспоминая это, я снова ничего не чувствую. Я такой, какой есть.

Киваю одному из бойцов, и он бьёт прикладом по голове этого парня, отправляя его в нокаут. Мы довезём его до базы, сдаём на руки отделу внутренней безопасности, и больше никто из нас его не увидит.

Дальше всё сливается. Одна война, другая, третья. Меня перебрасывают из одной точки мира в другую. Я учу английский в совершенстве, избавляясь от русского акцента. Потом — полгода жизни и разведки в Аляске. Нападение на нефтеперерабатывающий завод, под которым на самом деле находится исследовательский центр. Мы закладываем завезенные контрабандой вакуумные боеприпасы, которые оставляют от лаборатории только воронку. А дальше эвакуация на большую землю, обратно в Россию.

Латинская Америка. Объявление Третьей мировой. Сначала атаки на нашу страну. Финляндия, которую наши войска взяли за трое суток. Польша. Чехия. Но я в этом не участвую. Я знаю об этом только из новостных сводок. Зато американцы под Питером. Псков в окружении, который оставили на растерзание вспомогательным частям из прибалтов. Война на Кавказе, в Крыму, ядерный взрыв в Минске, в Астрахани, в Дербенте, на Байконуре. Война идет на полное уничтожение.

Я в солдатском баре, со своими друзьями и подчинёнными, мы выпиваем. Взрыв снаружи — очередная заложенная партизанами мина.

Я решаю, что еду обратно в Россию. Вирус едет со мной, остальные остаются.

Крым. Разведка. Мы идем куда-то вперёд, для того чтобы навести артиллерию на позиции высадившихся НАТОвцев. Их генномодифицированная боевая тварь. Попытка сбежать. Короткое боевое столкновение. И дроны, прилетевшие под нашу душу.