Попал, куда и целил. В ноги. Вопрос лишь в том, насколько серьёзно. Если там просто царапина, то он опасен, учитывая рядом лежащий автомат, и то, что мне до них добираться предстоит через густой прибрежный кустарник и переход речки вброд, где я почти на пару минут потеряю контроль над целями.

— «Давай я Воланда выпущу! Можно»? — каким-то чудом сумела пробиться ко мне в сознание жена.

Вот жеж Ведьма! Даже мы с Ратибором так не умеем!

— Выпускай, контролирую, — сказал я вслух, и это сработало.

Воланд ещё раз показал себя умнейшей собакой, или собако — волком. Быстро обследовав всех, он остановился над четвёртым, а тот лишь голову руками закрыл, когда над ним мой пёсель рыкнул.

Так-то, изрядно подрос он у меня. Не скажу, что прямо голову может отгрызть, а вот шею перекусить — так запросто. И клыки у него — на загляденье. Ну, когда ты на его стороне, то ими вполне можно восторгаться…

Если я скажу, что четыре беглых зека нарушили весь мой предстоящий феншуй, то я ничего не скажу.

Свалили они с зоны в Кировграде, что не так далеко от Свердловска. Зона бунтанула против «красных», электропогрузчиком ломанули забор, сложив смотровую вышку, и подхватив автомат часового, самые матёрые кинулись искать транспорт. Нашли Москвич с полным баком. Его хозяин первые сто километров ехал в багажнике, а когда урки далеко за пределы Свердловска выехали, его долбанули кастетом по темечку и бросили в лесу. Как утверждал один из них, сидящий за грабежи — вариант проверенный и удар у него поставлен. Если правильно кастетом приложить, то терпила потом долго ничего не помнит, иначе у него было бы раз в пять больше эпизодов, и срок далеко не такой. По зеки дороге грабанули продовольственный склад, отобрав у старого сторожа берданку с шестью патронами, а со склада стащив два ящика водки, курево, и ящик тушёнки.

Когда всех зеков мы с Василием повязали и перевязали, заперев в бане на навесной замок, то мой помощник, не спеша, как я ему и велел, поехал разыскивать местного участкового. Я же, добежав до оставленной машины, погнал в Кленовское на почту и, продемонстрировав удостоверение, со служебного телефона начал вызванивать куратора из КГБ. К счастью, он откликнулся с третьего звонка.

— Это егерь! Срочно приезжайте! У нас ЧП! Вооружённое нападение! — Сообщил я, и бросил трубку.

Вот и проверю свои возможности. А то я не очень-то понимаю пока, что мне можно, а что нельзя.

А у куратора из КГБ косяк! И офигительный! Даже не стану ему объяснять, как сильно меня задел этот случай, где беглые зеки надеялись получить не только жратву и транспорт, но и по женщинам пройтись. Забавно будет послушать, как он станет крутиться, намекая мне, что товарищу Андропову вовсе не обязательно знать про этот досадный случай.