Кабинет Андропова, приёмная, служебный коммутатор — всё это мне дал Дроздов ещё в первый приезд, с наказом звонить только в крайнем случае. Я тогда хмыкнул и сунул бумажку в книжку, не надеясь, что когда-нибудь ею воспользуюсь. Но вот — приспичило.

Сельская связь — это отдельная песня. Чтобы дозвониться до Москвы, нужно сперва вызвать телефонистку на коммутаторе, потом ждать, пока она соединит с междугородней, а там — пока дадут линию. Делать нечего, сидел и слушал.

Минут через двадцать в трубке раздался далёкий, словно из другого мира, голос:

— Приёмная.

— Будьте добры, соедините меня с товарищем Дроздовым. Это егерь из Красноуфимска. Он в курсе.

На том конце помолчали, потом что-то щёлкнуло, и я услышал уже знакомый, чуть глуховатый голос:

— Слушаю.

— Дроздов, это я, Соколов. Мне бы неплохо было бы посетить кое-кого. Своим взглядом проверить и оценить. Значит нужно в Москву прилететь. Надеюсь, уже полученные результаты вы увидели и все они лишь мне на пользу!

Дроздов помолчал. Я прямо видел, как он про себя прикидывает: стоит ли напрягать своего шефа ради какого-то егеря, пусть и со связями. Но, видимо, моя репутация в итоге сработала — он лишь коротко ответил:

— Завтра к девяти утра, по вашему времени, прибудьте в Кольцово. У стоек регистрации вас встретят. Билет до Москвы и обратно, на тот же день. В Шереметьево встретят.

— Мне бы ещё с собой кое-что взять. Из моего арсенала.

— Берите. Оформим как ручную кладь, к которой вопросов не будет. Что-то ещё?

— Нет. Спасибо.

Остаток вечера я собирался. Сложил в старый врачебный саквояж, доставшийся мне в подарок от Мамина, три пузырька: настойку для контроля давления, укрепляющий бальзам и, на всякий случай, успокоительное — то самое, с пустырником, которое я добавлял во второе зелье. Прихватил и свой диагностический кристалл — обкатанный водой кусочек горного хрусталя, который я использовал вместо Диагностики, как «костыль», когда не хотел тратить ману. В столице с Силой туго. А мне там предстоит серьёзное обследование, а затем нужно ещё обратно лететь.

Таня за всем этим наблюдала молча, привалившись плечом к дверному косяку.

— Опять в Москву собрался? — спросила она, хотя и так всё поняла.

— До ночера обернусь. Туда и обратно. Вернусь под утро, если по-нашему.

— Знаю я твоё «туда и обратно». То генерала лечишь, то академиков. Глядишь, ещё в Кремль пригласят.

— Меня? В Кремль? — хмыкнул я. — Скажешь тоже. У меня там ни одного знакомого. Одни лишь пациенты — хохотнул я.

Жена фыркнула, посчитав за шутку, но ничего не ответила. Я же подошёл, обнял её, такую желанную и фигуристую, и почувствовал, как она чуть расслабилась.