– Ой, моя попка, – пискнул Макси.

– Любезные враги, добро пожаловать в логово голубей-стервятников, – с довольным видом объявил Разящее Копьё.

Амелия неуверенно огляделась.

– Фу, как здесь темно и сыро. Всё какое-то мёртвое, – прошептала она.

К ним слеталось всё больше и больше голубей-стервятников. Видимо, всем хотелось посмотреть на принца и принцессу, которых они так давно пытались поймать.

Один голубь-стервятник выделялся в общей толпе. Он казался более потрёпанным, чем другие. На глазу у него была повязка, а на голове до самого клюва – многочисленные шрамы. У него была большая связка ключей. Разящее Копьё топнул, и этот голубь вышел вперёд.

– Яко, брось их в тюрьму – НЕМЕДЛЕННО!

Яко каркнул в ответ. А потом приказал что-то двум охранникам, и те мигом схватили Сигге и Макси и поволокли к воротам подземелья. А Яко схватил Амелию и пошёл следом.

В подвале, который больше был похож на пещеру, было ещё темнее и холоднее, чем наверху. Единственный свет исходил от горящих факелов, которые висели на влажных стенах. Их тени метались повсюду, словно гадкие привидения. Воздух был спёртый, и пахло прелым помётом.

– У кого-то тут явно живот скрутило, – проговорил Макси, наморщив нос.

Из узкого коридора до них долетали голоса других пленников, они молили о помощи и просили, чтобы их выпустили. По спинам Сигге, Макси и Амелии пробежали мурашки.

Макси обернулся и увидел, как Яко грубо дёрнул Амелию за лапу, чтобы она шла побыстрее. Тут уж он не смог сдержаться:

– ОТПУСТИ ЕЁ, ТУПАЯ ПТИЦА! – крикнул мышонок.

И его мигом запихали в одну из тюремных нор, а через пару секунд Амелия тоже оказалась на твёрдом холодном полу рядом с ним.

– Как дела, сестрёнка? – спросил он тревожно, подбегая к ней.

– Я в порядке, – сказала Амелия и с беспокойством спросила, где же Сигге.

Посмотрев наверх, они увидели, как третий стражник швырнул Сигге в отдельную камеру неподалёку от них.

– Ты в порядке, Сигге? – крикнул Макси.

– В порядке, – ответил кот, но голос у него был мрачный.

Когда охранники со зловещим грохотом закрыли решётку, по всему подвалу прокатился гул. Потом звякнул ключ в замке.

Когда голуби-стервятники ушли, Амелия посмотрела на Макси таким взглядом, какого он никогда у сестры не видел. Глаза её казались пустыми, словно она потеряла последнюю надежду.

– Мне очень страшно, – всхлипнула она.

Макси обнял её и сказал, что бояться – это нормально. Даже странно было бы в подобных обстоятельствах не бояться.

– Но мы как-нибудь с этим справимся, – улыбнулся он и нежно погладил её по щеке.

– Ка-а-ак? Не осталось никакой надежды, – пискнула Амелия.