Открываю дверь и поднимаю жалюзи. Потом бегу снимать с охраны пульт, потому что забыл набрать код и на весь район орет сигнализация. Затем включаю весы, кассу, свет в холодильных витринах. Потом хозяйским взглядом неторопливо оглядываюсь кругом и поражаюсь: как все запущенно и грязно.

В палатках, конечно, чисто не бывает. Я, допустим, нигде не видел.

Но у себя-то, как хозяин, я все равно требую:

— Девочки, тряпка у вас всегда должна быть под рукой.

И напоминаю им: мы же продукты продаем, а не запчасти. А люди, в отличие от вас, брезгливы.

Нет, вы не подумайте, что я какой-то там придирчивый по чистоте. Если вы скажете, допустим, моим домашним: «Вот Александр ваш больно уж какой-то чистоплотный», — то родственники долго будут смеяться и махать на вас руками.

Но когда сам внимательно по сторонам присмотришься и принюхаешься, особенно с этой стороны прилавка, то понимаешь, что тряпка в магазине есть. И эта тряпка — ты. По крайней мере, так считают люди в фартуках, которые здесь работают, а ты им платишь зарплату.

Но они не реагируют на твои просьбы и требования о чистоте. Они, видимо, думают: «Скажи спасибо, что вообще пришли». А про грязь они подумают удивленно: «Где он здесь грязь нашел? Да тут еще почище, чем у меня дома».

Поэтому ты сам берешь настоящую тряпку и ведро с водой, добавляешь побольше моющего и, прокручивая в голове сладкие сцены мести своим работницам, начинаешь драить витрины. Работа эта кажется бесконечной, но, на удивление, через часик уже все относительно чисто. Особенно в тех местах, что видны покупателям.

Но покупателей с утра немного. Те, что заходят, делают удивленное лицо и говорят:

— О, здрасте! Сегодня вы здесь?

Я говорю им веселым голосом:

— Здрасте! Сегодня я здесь.

И улыбаюсь, как будто всему этому рад. И тому, что у меня продавец опять с похмелья или просто спит. И тому, что я настоящий идиот, который вложил последние деньги в покупку такого вот бизнеса. И вот теперь вынужден глупо улыбаться каждому вошедшему.

Входят люди разные. Так же по-разному они и выходят. Некоторые — быстро, особенно те, кто помоложе. Купили и ушли. Некоторые задерживаются. Посмотрели на цены, покачали головой. Потом укоризненно — на тебя. И во взгляде читается: когда ты, мол, уже нажрешься, сволочь?

А те, кто совсем в возрасте… За таких ты переживаешь, что она, эта бабушка, пришла и вообще не уйдет, а заночует, скорее всего, здесь, с тобой. Это если покупатели местные, постоянные, которые тебя уже знают.

А вот те, которые проезжали мимо, выскочили из машины и забежали по-быстрому купить сигарет, пива или, может, чего покрепче, ведут себя очень по-разному, но обычно — очень по-простому. Потому что обращаются к тебе сразу на «ты», говорят в повелительном наклонении, торопят и вообще считают, что раз они купили что-то, теперь ты им должен по гроб жизни.