Следили ли за мной? Неизвестно. Отец был весьма старой закалки, судя по тому времени, что прошло с момента атаки на нижний и моим спасением, он не очень сильно переживал.

Если рассуждать чисто логически, кому я сейчас могу быть полезен?

Другие кланы не станут на меня влиять силовыми методами, я для них настоящее табу. СБ любого рода уже нарыла достаточно информации про мой недуг, поэтому им не с руки трогать живого мертвеца. Все готовятся к будущей мясорубке, тому времени, когда мой отец похоронит меня.

Непонятное движение Романовых говорит о том, что они хотят меня здорово поиметь, но я пока не придумал как. Род примечательный, многие годы у них не рождались мальчики, а те что так или иначе нарушили традицию — не жили долго.

Кто-то очень сильно не хочет возвышение Романовых. Но Ольга смело может померится размером шаров с любым клановым лидером, поэтому их не стоит списывать. Рано.

Алфёровы давно не появлялись, они не особо лезут в дрязги двора, укрепляют позиции у Императора. Многие говорят о том, что вероятнее всего наследник Алфёровых станет возможным кандидатом на роль жениха для старшей дочери Императора.

Встреча с будущими коллегами из Свободных отрядов будет только вечером, до этого времени надо уладить всё дома. Чем ещё была интересна сделка с Ананьевым, он будет всегда присутствовать возле Светы. Любой, кто станет следить за мной, будет видеть как магически так и физически одного одарённого.

Мы поехали в ком-центр, чтобы сделать личину, небольшой артефакт от одарённого призрачным даром. Выяснилось, что способность можно использовать для высококачественного проецирования разнообразных сцен. Маг накладывал образ из своей памяти, а затем помещал структуру в драгоценный камень. Лучше всего такую операцию проделывали люди с художественными способностями, умеющие хорошо рисовать.

Простая цепочка с ярко красным камнем была изготовлена за полчаса. Пётр нетерпеливо нацепил артефакт на шею, а затем активировал его.

Перед глазами встала точная копия меня самого. Телосложение у нас с Ананьевым были примерно похожими, оставалось проговорить возможные ситуации с другими людьми, что могут заговорить со мной.

Стало даже не комфортно, смотреть на своё лицо. Это как дать ключи от квартиры совершенно незнакомому человеку, или как если бы твоё отражение в зеркале неожиданно шагнуло и вышло за рамки.

Когда мы вошли в дом, там никого не было.

Пётр активировал личину, из соседней с моей комнаты вышла Света, заспанные глаза, одета в пижаму, сладко потягивается. Стоило ей увидеть нас, сон будто сдуло ветром.