— Твой сын изменился, — мягко начал Константин. — Он больше не тот мальчик, которого ты знала.

— Я не могу поверить, это какой-то сон. — прошептала она.

— Поняла, почему я не хочу сейчас возвращаться? — горько спросил глава рода Фонвизиных. — Я может и смогу простить Фёдора за смерть Натальи и детей, но идти туда сейчас, всё равно что лезть под каток. Сметёт и не заметит.

— И это говорит один из сильнейших магов империи? — настроение возвращалось к Милославе, она иронично изогнула бровь.

— Чего стоит одна девчонка рядом с ним, невероятная сила, — пробормотал Константин. — Возможностей Фёдора я даже не представляю. Но в одном уверен, сейчас у него всё под контролем.

— Он же ещё ребёнок, — по матерински улыбнулась лекарка.

— Ребёнок, который сейчас управляет родом. По сути, если отбросить не стереотипные действия, в итоге мы имеем: состояние рода увеличено в три раза, под контролем почти половина города. Главные враги рода уничтожены, да так, что теперь любой подумает, стоит ли лезть к нам.

— Всё это не имеет значения, конец будет один, — непонятно высказалась Милослава. — Но к более реальному, сегодня у него дуэль, я пойду туда. Если с Фёдором что-то случится, моя помощь будет нужна. А ты?

— А что я? Я всё сказал.

— Понятно, значит жди нас, вернусь с вестями. А пока вставай, обед почти готов. Или ты не будешь?

— Буду, — вздохнул Константин поднимаясь.

* * *

В одной из квартир в центре Москвы происходил не менее важный разговор. Грузный, но достаточно энергичный когда-то мужчина сейчас был пасмурнее тучи. Он задумчиво смотрел через стол, на расположившегося напротив сына, непроизвольно потирая подбородок, что говорило о крайней степени волнения.

Рядом с Геннадием Ананьевым сидела его жена, Регина. Женщина переводила взгляд с сына на мужа и обратно, с каждой секундой в ней нарастала паника.

— Что вы молчите? — взорвалась она. — Гена, что ты собрался делать?!

— Мам…

— Молчать! — взвизгнула женщина. — Лучше молчи! Ты даже не представляешь, какие проблемы устроил.

— Не такие большие, — произнёс Ананьев старший. — Кажется, я нашёл выход. Мы выставим замену, бретера, лучшего которого сможем найти.

— Отлично, — осмелился подать голос Пётр, под уничижительным взглядом матери. — Это отличное решение папа.

— Щенок, — устало выдохнула Регина. — Ты понимаешь, какой урон по репутации? Понимаешь, как пострадает бизнес твоего отца? Да нас на порог любого известного дома ближайший год даже не пустят, сколько не заплати.

— Ты верно подметила, — прервал жену Геннадий. — Это мой бизнес, мой род, мой сын.