— Считай, что я проникся. Кстати, Генри, у меня снова вылетело из головы! Бабушка, она здесь?

— Да, конечно, сейчас мы её встретим.

— Спасибо, Генри.

— Это моя работа, Фёдор Константинович, — грустно вздохнул старик. — Хотя, при вашем отце её было значительно меньше, он любил всё контролировать сам.

— Идём? — тронула меня за руку Лара.

Я встрепенулся. Генри постучал в перегородку, через несколько секунд водитель открыл нам дверь. Мы вышли из салона автомобиля, тут же окунаясь в морозный воздух открытого пространства.

Девушки вокруг сияли, я же смотрелся огромным вороном, как мне казалось.

Частичка сознания постоянно контролировала Свету. Та совсем не походила на куклу, напротив, двигалась очень плавно и реалистично, даже кивнула водителю по моему приказу.

Мы подобно ледоколу прошли сквозь собравшихся, получился клин, совсем не осознанно. Я шёл впереди, позади меня девушки, замыкали процессию пара охранников и Генри.

Из толпы разодетых дворян появилась бабушка. Её глаза были красными, веки припухли, мы взглянули друг на друга и обнялись.

— Как ты, Федя? — с дрожью в голосе прошептала бабушка.

— Держусь, — делаю лицо каменным, сейчас особенно актуально. Когда не знаешь, как реагировать, вариант один — никак.

Моя безэмоциональность вызвала перешептывания, расходящиеся как круги на воде, а бабушка заплакала, прильнув к моему плечу. Мы пошли дальше, уже на порядок медленнее.

— Что теперь будет, Феденька?! — сдерживая слёзы тихо говорила бабушка. — Я слышала, что было с Романовыми, была у тебя, Генри сказал, что ты уехал. Решила, что тебе надо побыть одному.

Бабушка что-то говорила, а я погрузился в себя.

Понятно, что все эти разговоры нужны самой женщине. Она сейчас льёт слёзы не по моему отцу, а по мне. Представляет себе, какого мне, накручивает себя и плачет.

Может сказать, что отец жив? Пожалуй, слишком рискованно и не совсем практично.

Почти у самого спуска в склеп нам преградили путь три типа в костюмах, сразу стало понятно, что это люди императора.

— Император приносит глубочайшие соболезнования, — вышел вперёд один из мужчин, стандартная внешность, короткая стрижка, чуть полноватый, глаза умные и живые. — К сожалению, у его императорского величества много обязанностей, он не смог выделить время, чтобы лично отдать дань уважение вашему почившему отцу.

— Передайте его императорскому превосходительству, что я в любом случае благодарен, — степенно кивнул я, продолжая движение.

Видимо люди императора открыли очередь, перед ними никто не смел подойти, но после того, как костюмы удалились, очередь паломников потекла полноводной рекой.