— Ну конечно, — протянул голосом старухи Хуги и мерзко хихикнул. — Мальчик из убежища и охотник храма огнепоклонников, это любопытное и необычное сочетание. А в нашем печальном мире все необычное означает только одно.
— Смерть, — хрипло закончил Муги и тяжело взлетел. — А где смерть, там и мы.
Ворон быстро набрал высоту, оставаясь на расстоянии, внимательно осмотрел место схватки. Вороны из стаи уже резвились на трупах. Не заметив ничего живого, Муги стремительно преодолел оставшееся расстояние, спикировал на два трупа посередине дороги, которые привалились друг к другу спиной и со стороны казались просто уснувшими сидя людьми. Ворон устроился по хозяйски, несколькими ударами крыльев разметав своих, куда более мелких собратьев. Еще раз внимательно осмотревшись, ворон хохотнул:
— Ставлю сочный свежий глаз, Хуги, что тут была засада! А ирония в том, что те которые эту засаду поставили, прямо сейчас поделятся с нами своим мясом!
Прилетевший сразу за ним Хуги приземлился на отрубленную голову, лежащую невдалеке.
— Ты победил! — каркнул он веселым юношеским голосом. — А знаешь, что мне нравится больше всего? Пока люди стреляют друг друга, мы всегда побеждаем!
Муги посмотрел в мертвые глаза человека, бывшим когда то главарем банды.
И выклевал их.
Глава 9 Милый дом
Они ехали еще почти целый день. Джим так и не вышел посмотреть, кто там в кого стреляет. На него навалилось безразличие. На коротких остановках он под внимательным взглядом Йема ел, пил, оправлялся и ехал дальше. Его даже не удивил огромный чернокожий человек, который теперь сидел рядом с Йемом на переднем сиденье. Возможно, здоровяк даже представился, но Джим не запомнил его имени.
Из тяжелого, деревянного безразличия он начал выходить только к утру второго дня. И тогда же обнажил, что они едут по пустошам. Едва заметная наезженная колея по змеиному извивалась среди полузанесенных руин и древних конструкций Древнего Мира. Джим испуганно застучал по стенке кузова. Грузовичок остановился, и через минуту в кузов заглянули двое.
Чернокожий здоровяк с доброжелательным лицом и Йем. Джим был готов поклясться, что Йем за последнее время как-то оттаял.
— Ох и горазды же вы спать, — добродушно прогудел гигант.
— Это Руфус, помнишь его? Решил его тоже подбросить. Не хочешь ему представиться? — сказал Йем и цепко заглянул Джиму в глаза.
— Эээ… Ммм… Привет, меня зовут Джим, — ответил джим, чувствуя себя как-то глупо.
Он присмотрелся к Йему. Тот определенно стал как-то… Живее, что-ли. У него даже стали проступать эмоции на лице. Прямо сейчас это было… Сочувствие?