Изучал он его довольно долго. Так долго, что я чуть не забеспокоился. А когда он наконец поднял на меня абсолютно непроницаемый взгляд, я даже начал подумывать, что где-то напортачил.

– Неплохо, – в оглушительной тишине скупо оценил мои художества ректор. – У вас похвальное знание строения человеческого тела, молодой человек, и достойные уважения способности к рисованию… Какое заклинание вы использовали, чтобы получить такую точность изображения?

– Никакое, – скромно кашлянул я. – Я уже говорил леди де Ракаш, что неплохо рисую.

– То есть вы сделали это сами? – наконец позволил себе удивиться магистр. – Без магии?

– Конечно. Дляразвивающих заклинаний я пока слишком слаб.

– Но о том, что они существуют, вы все-таки знаете? – прищурился ректор.

Я хмыкнул.

– Я не невежда, мастер. И если бы была такая возможность, обязательно нашел способ облегчить себе труд. Но, увы, пока это искусство остается для меня недоступным, поэтому обхожусь тем, что есть.

– О, да у вас же дар почти на грани истощения! – «внезапно» заметил мое плачевное состояние мастер Умдобр. – И явно не первый день. Ну, конечно, вы не смогли бы использоватьразвивающие или другие затратные заклинания этой группы. По крайней мере, на протяжении последних двух суток. Лилитана, напомните мне, пожалуйста, свои претензии к юноше.

Я мысленно ухмыльнулся и решил, что, пожалуй, новый ректор мне нравится. А вот леди де Ракаш, похоже, намека не уловила и вместо того, чтобы призадуматься, лишь негодующе фыркнула:

– Он использовал в своем отчете иллюзию, профессор. Нелепую и совершенно дерзкую! Это возмутительно!

– Простите, а что за иллюзия? – внезапно оживился мастер фон Берден.

– О таких в приличном обществе не говорят!

– В самом деле? Это уже становится интересным…

Я мысленно хихикнул, уловив в голосе мастера нотки неподдельного злорадства.

– Адепт, что скажете? – плавно перевел на меня взгляд магистр. – Вы знаете, о чем идет речь?

– Понятия не имею, – пожал плечами я и даже не соврал: леди ведь не сказала, какую из десятка иллюзий она имела в виду?

– Но этот вид магии вам знаком? – продолжал настаивать светлый.

Я послушно кивнул.

– Еще до поступления в академию наставник провел со мной несколько ознакомительных уроков по этой теме.

– Значит, вы действительно могли внести иллюзию в свой отчет, как и утверждает леди де Ракаш?

– Теоретически? Да, конечно…

– Вот видите, профессор! – торжествующе воскликнула маркиза. – Он сознался!

– Простите, в чем? – полюбопытствовал я. – Разве я совершил что-то противозаконное?

– Да! Вы изобразили меня в таком виде… – перехватив полный неподдельного интереса взгляд мастера фон Бердена, маркиза внезапно осеклась. Потом с силой сжала пальцы на подлокотнике кресла, раздула ноздри и процедила: – Это непростительно!