Неделя уже, как привезли из Москвы. Теофило даже рад, что ему чуть ногу не сломали, потому как Сиомара и её подруга Керту Дирир у него в палате теперь каждый день бывают. Правда, один раз их милиция увела.

Дело было так. Только ушел от него Папа, который «Стрепьянов», и тут входят два грозных мужика и говорят Теофило, что он теперь будет играть за команду московского «Динамо». Мужчины солидные, но один — в ненавистном для Кубильяса генеральском мундире.

— А я — «Кайрат», — говорит им Теофило и показывает новую футболку, что Стрепьянов-Папа и принёс. Красивая, полосатая — жёлтая с чёрным, чёрные же и рукава, и удобный воротничок. Им и пот можно вытереть, если будет в жару глаза заливать.

— Так тебя в армию призовут! Ты же теперь гражданин СССР, у нас все мужчины должны служить. А мы запишем тебя в школу милиции, и из «Динамо» не заберут. Собирайся давай, и поехали. Там у нас и врачи лучше.

— Я — «Кайрат», — не сдаётся Теофило.

— А ну, живо ноги в руки, и шагом марш! На Тишкова, небось надеешься? Так если и откопают, то ему точно не до тебя, сопля неумытая, будет, — зарычал на него генерал.

Генералов Трофимка не любил, но боялся. Хоть и не понял, как это можно — «ноги в руки», но стал собираться — куда деваться-то? Сумку вытащил из под кровати, стал красивую новую футболку складывать — а тут опять Сиомара с Керту входят. Апельсины им Маша Тишкова достала.

— Чего ты делаешь? Тебе же лежать надо! — спросила его возлюбленная по-испански.

— В Москву еду. Грозят в армию забрать, — развёл руками Трофимка.

Дальше всё быстро произошло. Сиомара подошла к генералу, сняла с него фуражку и выкинула за дверь. Чего-то крикнула Керту по-английски. Эфиопка и самая красивая девушка после его Сиомары фуражками не стала заморачиваться — она просто схватила негенерала за шиворот, развернула и… нет, не пнула, старенький всё же. Просто выдворила, толкнув под зад коленом. Тут генерал цапнул её подругу за руку. Зря! Керту как-то молниеносно нагнулась, подхватила его под коленки, вынесла в коридор и спустила с лестницы — благо ступенек всего пять, и удар пришёлся не головой старенького генерала об бетон, а… всё-таки головой, но об зад негенерала, уже отряхивающегося на лестничной площадке. И тут генералу не повезло. Нет, Керту уже успокоилась, а Сиомара — не драчунья. Драчун поднимался вверх по лестнице.

— Что случилось? — крикнул Папа Стрепьянов.

— Наших бьют, — прокричала сверху Керту.

Бить старичков Папа не стал — он спустил их с лестницы ещё на половину этажа. Там стоит дежурный милиционер, который должен был никого постороннего к Теофило не допускать. А тут целый милицейский генерал по ступенькам загремел! Отряхнул и побежал наряд вызывать.