Как же аристократы эпохи Возрождения использовали эти аллегорические картинки? На ранних картах Таро (почти во всех известных нам колодах XV века) в верхней части арканов есть небольшие отверстия — очевидно, для подвешивания. Эта деталь подсказывает, что карты не только брали в руки, но и вешали на стены как символические изображения, служившие предметом созерцания и своеобразной медитации.

Крупнейшие исследователи герметической культуры итальянского Ренессанса утверждают, что одной из главных задач символических систем той эпохи было искусство памяти (ars memoriae). Еще со времен Платона в античной философии существовала концепция припоминания (анамнезиса) — знания как воспоминания души о вечных идеях, узнанных ею в мире богов. Платон утверждал, что истина не обретается впервые, а вспоминается — следовательно, познание есть акт воспоминания. Отсюда было уже недалеко до вывода, что удержание в памяти всех основных идей делает человека подобным божеству. Ведь если Бог есть сумма всех совершенных форм и принципов, запечатленных в памяти мира, то человек, вмещающий эти принципы в своем сознании, становится его отражением. Таким образом, платоновское и неоплатоническое учения о припоминании тесно смыкались с герметическими и магическими идеями восхождения человека к божественному через совершенствование ума и воображения. Как отмечает исследователь Таро Григорий Зайцев, все эти системы имели общие черты: они основывались на запоминании через образы — символические фигуры, воплощающие силы мира; планеты, стихии и архетипы. Зримые образы незримых энергий строго упорядочивались в иерархическую структуру, чтобы память человека стала подобием устройства космоса. Для таких построений активно использовались семь планет Древнего мира, семь столпов мудрости Соломона, двенадцать знаков зодиака и десять сефирот Древа Жизни. Именно так формировалось то, что называлось искусством памяти — способом обучения ума созерцанию Вселенной через последовательность аллегорических образов. В эпоху Возрождения эти методы понимались как путь к обожествлению интеллекта, что позднее назовут anima mundi, «душой мира». Можно предположить, что в картах Таро с их упорядоченными символами и четкой иерархией видели европейский аналог каббалы — своеобразной картотеки мироздания, системы, в которой все сущее находило свое место.

К концу XVII века карты тарокки перестали быть эксклюзивным достоянием итальянских дворов и прочно обосновались во Франции, получив распространение в народе. Именно в южных французских городах, таких как Марсель и Лион, произошла важнейшая стандартизация изображений, предопределившая дальнейший эзотерический путь и формирование французской школы Таро. Во многом это произошло благодаря развитию книгопечатания. Карты больше не рисовали вручную, а печатали большими тиражами. Именно в тот период появляется так называемое «Марсельское Таро», примеры которого вы встретите на страницах этой книги.