на спине начала рваться. Я пощупал лицо — зубы удлинялись, выпирая из-под губ, лицо удлинялось… Всё это сопровождалось даже не болью, а скорее зудом. Фемка с эльфийкой смотрели на меня с нескрываемым ужасом, отшатнувшись подальше. Лошади в страхе заржали. — Забавно вышло, — прохрипел я, поднял мешок и отдал его фемке вместе со своими вещами из корманов. Нечего добру пропадать. — А теперь вам пора. Я подошёл к воротам. Вот было бы забавно, если бы я их поднять не смог. Блин, я бы угарнул — подписал себе приговор и сдох. Но нет, мир пошёл на уступки и с невъебеным трудом, чувствуя, как рвутся связки и мышцы, хрустят кости я смог их приподнять. Подбежала фемка и помогла их поднять ещё выше, потом на плечи мне, ещё немного и… Ох ебать, кажется я всю нужду справил. Но смог поднять на руки как штангу. Ножки задержали, кости захрустели. — Быббстрее нахх… Фемка резво проскочила под воротами, потом эльфийка кое-как с лошадьми пролезла. А позади я уж слышу этих уёбков. Не оставят нас же. Когда они пролезли, Констанция обернулась ко мне, явно хотя помочь мне перебраться. Но нет, дорогуша, так не выйдет. Плакать хочется, но мне уже пиздец. Я мечтал путешествовать, завести семью и жить спокойно. Но теперь моими мечтами можно мою же задницу подтереть. — Скачте оттт сда быстро, — от натуги, у меня кровь пошла из… носа? Или что у меня там? Или это слёзы. Похуй. — И Кстанннция, ппрростии. С этими словами я шагнул назад и отпустил ворота прямо перед охуевшим лицом Констанции, которая явно не ожидала такого поворота событий. Ну а чего? Пол часа осталось мне, если не убьют раньше. Если я уйду с ними, за нами бросятся в погоню, нас будут искать, даже если я сдохну потом. Они не успокоятся, пока не поймают всех. Но я сделаю, чтоб все про них забыли, они будут помнить только ужас и боль после встречи со мной. Помнить, как славно бились вместе и теряли товарищей, чтоб одолеть последнее зло в этом мире. Абсолютно все будут помнить лишь меня, антигероя, что стал одним из самых сложных для них мобов. Я постараюсь стать достойным для них злом. Надеюсь, моя речь была эпичной и запоминающейся. Жаль, что я от натуги обосрался и всё впечатление испортил. Хочется не слезу от момента пустить, а приложить руку к лицу и спросить — как так-то? А я ворота поднимал, своих спасал! Я обернулся навстречу толпе героев и их подручных. Размял шею и руки. Вроде все порванные мышцы и связки сразу зажили, кости восстановились. Удобно, чего скажешь. Жаль, что так поздновато и при таких условиях это получил