— Кто ты на самом деле? — прошептала тихо. — Откуда знаешь мое имя? И почему позволяешь им изголяться над собой? Ты же можешь дать сдачи…
Пленник лишь надменно ухмыльнулся.
Ожидая моих действий.
Моего подчинения.
Ему невозможно было не покорится.
Я словно загипнотизированная, шагала вперед…
Навстречу своей Судьбе…
Или погибели…
В одном пленник прав, выбора у меня действительно не было. Как и у него… Мы оба с ним заложники ужасающих обстоятельств.
Шаг, второй, третий…
И времени оставалось очень мало.
У меня, но не у моей сестренки.
Каждое движение отзывалось болью во всем теле.
Но какой-то необычной… Сладкой… Тягучей… Горячей… Мучительной...
Томительной!
Я уже и не думала, что когда-либо смогу испытывать подобные эмоции.
Думала, с того случая во мне осталась выжженная пустыня.
Сейчас, во мне бурлил вулкан…
Обжигающий и сводящий с ума.
Бедра терлись друг о друга, с каждым шагом томление внизу живота нарастало.
Желание заключить сделку с пленником усилилось.
Я все больше убеждалась что поступаю правильно.
Сидхари единственный, кто способен спасти…
Не меня!
Пелагею, мою сестренку. Ей всего тринадцать лет, вся жизнь впереди. И ради нее я готова была на все!
Пусть даже если она проживет ее в другом мире. Как можно дальше отсюда.
Скоро в ней проснется магия, родовой дар, который так сильно жаждет заполучить под контроль шакал Хофман.
И я не могу этого допустить!
Встряхнись, Аврора, действуй!
Оказавшись возле медицинского стола, на котором лежал привязанный Сидхари, замерла, оперлась руками о край стола.
Задыхалась, тяжело давался каждый вздох, словно из меня разом вытянули остатки жизненных сил.
— Послушай меня внимательно, пленник, — прошептала, наклонившись над ним. — В одном ты прав! Выбора у меня правда нет! — Забормотала лихорадочно, смотря ему прямо в глаза. — Как и у тебя его нет! Тем ублюдкам, за стенами этой лаборатории нужен от тебя ребенок…
— А тебе не нужен? — Его голос заскользил по моей коже бархатистой перчаткой, разгоняя табуны горячих мурашек до самых потаенных уголков.
— Нет! — ответила прямо, и максимально честно. — Я не смогу выносить твоего ребенка, Сидхари… Не потому, что не хочу… Сгорю раньше родов… Погибну вместе с ребенком… Рак сожрет меня раньше… Вместе с твоим ребенком… Я предлагаю тебе сделку…
— И что же мне может предложить ведьма с почти выгоревшим даром? — пленник продолжал насмехаться надо мной, словно это не его сковали по рукам и ногам. — Стоящая одной ногой в могиле? Я чувствую смерть, аури… Она уже на твоем пороге… Раковый огонь съедает тебя изнутри… И времени у тебя осталось гораздо меньше, чем ты думаешь… Мой ребенок смог бы продлить твое существование… Но…