— Ты мой, — прошептала я, со смесью власти и нежности в голосе.
— А ты уверена, что это ты контролируешь ситуацию? — прохрипел он, но моим ответом был лишь медленный, манящий взгляд и движение бёдер, заставившее его зажмуриться от наслаждения.
И он говорил не о том, что нас тут насильно заперли.
Сидхари дал понять, что в этот момент позволяет мне властвовать над собой.
Скользила руками по его телу, как будто она заново открывала его для себя, а каждый поцелуй, каждый шёпот приковывал его сильнее, чем любые узы.
И в этом танце страсти и подчинения не было победителя — только двое, потерянные друг в друге.
Свет вокруг нас померк.
Казалось, камера утонула в полумраке, и лишь мерцающий свет от ламп с потолка отбрасывали дрожащие блики на стены, превращая пространство в тайное святилище, где правили только тела, жар и страсть.
Густой воздух вибровал, насыщенный ароматом секса и порока.
Сидхари согнул ноги в коленях, подмахивая, подбадривая, позволяя мне опускаться на него все ритмичней.
Вбирать его в себя все глубже, двигаться все быстрее, все безумней…
Его плоть распирала мою киску, растягивала под его огромный размер. Я пульсировала вокруг него, заполненная до предела.
Я задыхалась, всхлипывала, но продолжала насаживаться на его каменный ствол все сильней.
Ощущала чувствительными складочками каждую выпуклую венку, каждое кольцо.
Он лежал, прикованный к кровати обычными наручниками, обвившими его запястья. Сталь впивалась в кожу ровно настолько, чтобы напомнить: сопротивление бесполезно.
Глава 8
Серена (Аврора)
Его мускулы напрягались под моими ладонями, но не для борьбы — а чтобы прочувствовать каждый мой жест, каждый вдох.
Я оседлала его, вобрала полностью, позволяя ощутить как тугие стеночки сжимают каменную плоть.
Головка уперлась в шейку матки, киска сдавила член…
Одежда все еще скрывала мое тело. Но даже сквозь тонкий халатик отчетливо проступали тугие вершинки сосков.
Сидхари просто пожирал мое тело жадным взглядом, жаждал прикоснуться, и не мог.
Он пульсировал внутри меня, распирая, разжигая возбуждение еще больше, еще сильней, доводя до исступления.
Я раскачивалась на нем, зажмурившись, ощущая как толстый член двигается, давит и растирает самые чувствительные местечки.
Сводя с ума, горячий жар струился по всему телу…
Забывшись в ощущениях, наклонилась, коснулась губами ключицы Сидхари. Вычерчивая узоры на его коже, будто подписывала договор: на владение им.
Впилась зубами во впадинку плеча, не больно, но достаточно, чтобы заставить его резко вдохнуть.
В ответ, член дернулся во мне, тяжелея еще больше, еще сильней. Давая понять насколько сильно ему все нравится.