— Поздравим Кейташи с принесенной команде пользой! — разделил я приступ народной любви.

— Белая Молния! Белая Молния!

Падший и восставший из пепла (репутационно) блондин низко кланялся, со счастливой рожей впитывая скандирование толпы. Игра возобновилась, и какое-то время ничего особенного не происходило — страйк там, перебежка тут, но счет совершенно неведомо для меня сменился на 1–2 в пользу наших врагов.

— Уровень нашей команды прискорбно низок, Иоши-сама, — всеобъемлюще пояснила Нанако в ответ на мой вопросительный взгляд.

— Как и ожидалось от моего консультанта по бейсболу! — показал я ей большой палец.

— Иии… Аут! — продолжал придавать происходящему на поле смысл Шодж-семпай. — Команды меняются местами. Что это? Белая Молния снова идет к тренеру! Неужели он открыл в себе талант питчера? Прежде он был не больно-то хорош. Впрочем, после блестящего хоумурану некоторый кредит доверия к нему есть — тренер даже не сопротивляется! Подает Саито Кейташи, номер 22 команды Йохоку!

Блондин картинно подкинул мячик, поймал, встал в стойку, и, пронзив тишину громким «Хай-я!» отправил мяч в отбивающего.

— Какая скорость! Стррр-а-йк! — заорал Шоджи-семпай. — Белая Молния сегодня открывается с совершенно неожиданной стороны. Что это — заклинание, зелье, контракт с демоном⁈

— Результат усердных тренировок!!! — заорал Кейташи, бросив мячик в комментатора.

Поняв, что очкарик не успеет, я вытянул руку и красиво поймал мяч перед его лицом. Больно, блин — потому их и ловят перчаткой!

— Спасибо, Одзава-сенсей! — семпай хладнокровно поправил очки. — Надеюсь, это того стоило, Саито-сан! — прокомментировал полученное блондином предупреждение от судьи.

Белая Молния несколько раз низко поклонился, и игра возобновилась — к огромной печали вражеских болельщиков, которые затянули японский аналог «судью на мыло». Игнорируя раздражители, Кейташи «застрайкал» пятерых игроков подряд.

— Невероятно! Нереалистично! — вопил Шоджи-семпай. — Но впереди — самый серьезный противник, MVP этого сезона, талантливейший отбивающий…

Белая Молния замахнулся, попытался бросить мяч, заорал и рухнул, держась за руку.

Трибуны испуганно затаили дыхание. Пойду-ка я проявлю заботу.

— Извините, сейчас вернусь! — пообещал в микрофон и побежал на поле, обгоняя спешащих с носилками и медицинским чемоданчиком медиков.

— Надорвался! — не без злорадства приложил друга, со смесью досады и боли на лице сжимающему плечо.

— Если бы не рука, я бы им показал! — набухая влагой в глазах, выплюнул он.

— Так ты уже показал! — успокоил я его. — Все запомнят, насколько ты силен, а врагов — как «тех, кому повезло, что Белая Молния потянул связки».