Далее по телеку началось перекладывание ответственности — у Акиры мол нашли много тяжелой музыки, поэтому не мешало бы усилить за ней контроль. Само собой, не могло у Акиры не найтись и нескольких жестоких фильмов и томиков манги. Земля тебе пухом, «Биочервь».

В общем, по телевизору поливали грязью всех подряд, коме истинного виновника тех событий. Меня, вместе с другими награждёнными грамотой, жалели. Ах-ах, бедные дети! Лучший день в их жизни и так закончился. Травма на всю жизнь. Ах-ах.

Мне бы так уметь, но увы, вся эта ситуация — из-за меня, и только из-за меня. Мой поход по Окинаве, мой глумеж над Акирой (глумеж, чего уж тут), моя правительственная награда, мной порожденный Герострат. Мое проклятие…

Зябко передернув плечами, откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Нет, проклятие- это уже перебор. Обычный научно-фантастический эффект бабочки — Иоши оказывается не там, где должен тогда, когда не должен — и реальность движется немного по-другому. Акира «ломается», а Император решает «обкатать» наследничка в таком милом и со всех сторон положительном деле как награда деточкам — по телеку сказали, что это оказался первый и последний официальный визит Нарухито как наследника. Первый блин всегда комом.

Хохотнув, успокаивающе махнул сидящему слева от меня бледному, заплаканному бате — горюет второй день, бедняга. А что же будет дальше? Может уровень прилетающей мне «жести» как-то зависит от моих усилий? Раньше я старался что-то делать гораздо меньше, чем теперь — в итоге мне прилетало, но хотя бы никто не умер! Даже маньяк до сих пор жив — ждет исполнения приговора в камере смертников. А теперь Иоши вышел на «пападанческие» мощности — и вот уже наследник Императорского престола лежит и булькает кровякой. А если я еще пару фильмов сниму, да еще «Гарри Поттер» выстрелит? На Уцуномию ядерная бомба прилетит?

Зазвенел телефон, батя снял трубку и через несколько секунд позвал меня — звонил Федор.

— Да, дядь Федь, — Поприветствовал его я. Да, со времен совместной построки теплицы и беседки он — дядя Федор.

— Привет, Йошка, я тут телевизор включил, а там столько лиц знакомых. Убили кого-то чтоли?

— Убили, — Вздохнул я, — Принца нашего.

— Ох ты ж! — Ожидаемо удивился Федор, — А вы тут каким боком?

— Долго по телефону. Если время есть, приезжайте в гости, помянете с отцом. Ему одному грустно.

— Понимаю, — Вздохнул дядя Федор, — Ладно, завтра выходной — никому не дают, представляешь, а мне целых два в неделю! Но я же с пониманием, мне и одного хватает, — Похвастался он.

Еще бы к нему относились как к другим строителям — там, кстати, японцы в основном только прорабы, остальные — гастарбайтеры с Филиппин, Вьетнама, Тайланда, Китая и прочих уголков Океании. Впрочем, хватало и гайдзинов с неграми. А Федор целому Такераде-саме руку в телевизоре жал. Уважаемый гайдзин получается, почти человек. Такому и зарплату повыше, и лишний выходной, и вежливая улыбочка.