— Должна предупредить — мы, конечно, стараемся держать наших животных в чистоте, но там — жутко воняет! — Предупредила она у дверей коровника.

— Коровник же, — Пожал я плечами.

— Иоши-сама, я, пожалуй, подожду снаружи! — Принюхавшись к донесшемуся из открытых дверей аромату, слилась Нанако.

— Хорошо! — Улыбнулся я и вошел вслед за дочерью фермера в коровник, сразу погрузившись в мычание.

— Это — наши наемные работники! — Прокомментировала она наличие нескольких одетых в спецовки мужиков средних лет, выдающих животинкам сено. Наличествовала и сопутствующая аппаратура в виде висящих над стойлами автоматических, поблескивающих хромом в свете освещающих коровник ламп, «доилок».

— Да, хрупкими девичьими руками с таким стадом не справишься! — Покивал я, вогнав девушку в краску, — Сколько здесь?

— Сто четыре коровы! — Точно ответила она.

— И много здесь таких фермеров? — Решив, что насмотрелся и надышался, повернулся к выходу.

Хироми послушно последовала за мной, рассказывая о тонкостях молочного рынка местного района Хоккайдо:

— Еще пара семей, у одних — двести шестьдесят коров…

— Совсем другой уровень! — Не удержался я.

— Это так! — Серьезно кивнула не распознавшая иронии девушка, — А у другой — восемьдесят три. Этой осенью их стадо заболело, и они еще не восстановились, — Грустно вздохнула Хироми, с улыбкой потрепав жующую сено ближайшую к нам черно-белую в пятнах корову по морде.

— Любишь животных, да? — Улыбнулся я, — Так мило!

— Вовсе нет! — Густо покраснела Аракава-сан, — Невозможно любить животных, если живешь на ферме!

— Цундере!

— Бака! — Высунула она язык и испуганно посмотрела на меня — а вдруг ранимый мальчик обидится и мелочно расторгнет сделку?

— Мне нравится быть бакой! — Улыбнулся я.

Девушка хихикнула и спросила:

— То, что говорил твой отец… — Нерешительно начала она.

Я поощрительно кивнул, и она продолжила уже смелее:

— А могу я работать под псевдонимом? Если честно, слава меня совсем не привлекает — для меня достаточно знать, что моя манга нравится людям! — Светло улыбнулась она.

Какая хорошая девочка!

— Само собой, — Пожал плечами я, — Если бы у меня была возможность не светиться, я бы тоже использовал псевдоним!

— Говоришь так, будто любовь всей Японии тебе не нравится! — Саркастично хмыкнула она.

— Нравится! — Честно признался я, — Но личное пространство резко сокращает, — Грустно вздохнул.

Подобрав трогательно старающуюся найти баланс между близостью к кумиру и исходящей от него вонью, время от времени меняющую дистанцию до меня Нанако, посетили небольшой козлятник на два десятка особей. Тут воняло несоизмеримо хуже — козы они такие! — поэтому ограничились совсем кратким визитом, заценив «такого милого!», родившегося неделю назад, козленка — его я сфотал на выданную секретарем «мыльницу» — покажу сестренке и Хэруки.