Диктовать послание этому петуху было бессмысленно. Весь внешний вид птицы говорил о том, что лучшее, на что она годится, это бульон. Но раз сказал — значит нужно сделать. Перед гоблином нужно же выпендриться, да и сатирам полезно посмотреть будет. Но это не точно.
— Все! Надиктовал! — Керн выпрямился и глянул на цесарку. О том, что она не дойдет, можно было никому не рассказывать. — Куда лететь знаешь?
Ни хрена она не знала. Очевидно же.
— Короче, туда! — Керн пальцем определил маршрут и отвесил ей смачного пинка с переподвыподвертом. — Все, пошла отсюда!
Выпустив сноп перьев, птица чертыхаясь, ломанула через кусты, сразу скрывшись из вида. Дублера ей не нашли, так что в целом можно было сказать, что почтальонская миссия провалена на корню.
— Ну все, готово, — тролль был рад, что идея с почтой хоть как-то реализовалась. Про успех можно даже не заикаться. — Эй, Джанго освобожденный! Куда идти?
— За мной! — ответил черный сатир и двинулся в сторону едва заметной тропинки в зарослях. Тролль последовал за ним, а Трахтенберг остался наедине с неведомой хренью, что-то бормоча себе под нос…
— Э-э! Барриса! — меня яростно трясли за плечо. Но мне было пофигу.
Тогда в морду брызнули водой. Горячей.
Я сразу пришел в себя. Такое бывает — ты понимаешь, что тебя трясут, мешают, а ничего сделать не можешь. И не хочешь. И тут… н-на!
С огромным трудом я приоткрыл глаза, тут же закрыл снова. Потекли слезы.
Нет, не от стыда. Коварный луч света почти ослепил меня, да еще и соленый пот вместе с горячей водой поспособствовали, мдэ.
Одновременно я понял, что лежу на чем-то твердом и оно то и дело вздрагивает и трясется.
— А-э? — промычал я, попытавшись прикрыться рукой, но та оказалась какой-то резиновой и совсем непослушной.
— Тихо, не так резко, — тот же голос стал тверже. — Яд пустынной Мябы смертелен, а тебя каким-то пронесло. Не иначе, демоны вмешались. Или духи.
— Серый! Живой? Как себя чувствуешь? — о, этот голос я знал. Пиротехник Бензобах. — Я уж думал ты все, отошел в мир иной. Шесть часов валялся.
— Сколько? — охнул я, попытавшись сесть на пятую точку. Едва не соскользнул — был настолько слаб, да еще и скользкий панцирь… Да, меня закинули на тортилу сверху. Как тюфяк.
— Ты как это сделал? — Омар был тут как тут. — Откуда у орков такая магия?
— Да какая там магия… так, особенность.
— Ты сразил троих, одним ударом. Я такого еще не видел… Кто ты, красный орк?
— Я великий воин! Бард по совместительству…
Бензобах хмыкнул.
— Вы никакие не артисты и никогда ими не были! — Омар вдруг остановился. Пум-Ба впереди продолжил движение, за ним ползла тортила. — Я вижу. Вы не отсюда, верно?