— Мы тоже не понимать, — передразнил гиганта Николай. — Эй, Омар! А есть способ попасть внутрь, если ворота закрыты?
— Конечно, — ответил тот, прищурившись. — Взорвать ограду. Сделать подкоп. Ну или перелезть через нее.
— Или проковырять дыру в стене! — сказал я, взрыв ногой почву.
Собакоголовый отмахнулся, подошел к Тортиле, сдернул с панциря моток веревки. Несколькими ловкими движениями он прицепил на один из концов изогнутую кошку, зафиксировал ее. Проверил. А затем, раскрутив ее над головой, метнул за ограду. Крюк со скрежетом зацепился где-то с той стороны — Омар дернул за веревку и довольно кивнул.
— Ну, кто желает заглянуть туда первым?
Пока я думал, Бензобах уже ухватился за веревку. — Я пойду!
Никто возражать не стал, а мне вообще показалось, будто Омар на это и рассчитывал. Оно и понятно — гоблин мелкий, его сложно заметить. Не то что я — краснокожий перекачанный мордоворот. Разведчик из меня так себе, очевидно же.
Зеленый гоблин ловко забрался на ограду и громко присвистнул.
— Ну, чего там? — не выдержал я. — Живые есть?
— Да нет, наверное, — ответил тот, глядя куда-то вниз. Так мог ответить только русский человек.
— А по точнее?
— Тут короче, все… — Николай почесал репу и резко повернулся ко мне. — Да чего тут говорить, лучше сами посмотрите… Так! Я сейчас открою ворота!
Бензобах ловко спрыгнул вниз, ругнулся. Чем-то погремел там. Не прошло и двух минут, как тяжелые ворота вздрогнули, одна из створок едва приоткрылась.
— Эй, я один должен все делать? — прилетело из-за ограды. — У меня щас батарейки сядут!
— Пум-ба! Поможешь? — я повернулся к огру, считающему ворон.
— Моя открывать? Конечно, открывать! — обрадовался тот, уверенно шагнув к воротам.
Ухватившись за нее ручищами, он потянул ее на себя. Ему это далось легко — все было смазано, ничего не заржавело. Лязгнуло — появилась щель. Оттуда сейчас же выглянула лысая зеленая голова — взгляд у моего напарника был странный.
— Заходите, все равно дома никого нет! Только вон то дерево…
Картина была странной.
Ну, я ожидал увидеть здания, какие-то деревянные строения. Улицы, столбы или дороги. А вместо этого, там был только выжженный пустырь — лишь в его центре была какая-то огромная воронка, с черными, обугленными краями. Из нее росло какое-то уродливое корявое дерево, метров под пять высотой. Видно было, что ствол и ветки покрывают какие-то колючки, вроде нашей акации. Только раз в пять больше.
Еще, тут и там лежали какие-то черные холмики, обугленные фрагменты. От строений вообще почти ничего не осталось.
— Это что за ерунда? — не выдержал я. — Как будто сюда метеорит упал!