— А если я всё расскажу Марго? — пошёл с козырей паладин.

— Так значит? — остановилась Мария, опасно сузив глаза. — Тебе-то оно зачем, молодец? Иди дальше на своей палке летай и не лезь в женские дела.

— Пф, рассказывай, молоточек, — быстро отреагировала целительница. — Тук-тук-тук-тук. Тем более вон она, наша краса, идёт с занятий.

Троица тут же подобралась, тем более что лестница закончилась. Через открытую в этот солнечный день дверь было видно, как по дорожке между деревьев идёт Марго.

— Она что, сама с собой разговаривает? — тихо протянула Хризалида.

— Ага, — согласилась Мария.

— Вы тоже это видите⁈ — прогрохотал Михаил.

Подошедшая внучка тут же решила спросить:

— Что вы увидели? — Марго не могла не услышать последнюю фразу.

Целительница и княгиня посмотрели на третьего лишнего, словно говоря: сам заварил — сам и расхлёбывай.

— Мы просто обсуждаем, какая ты красивая сегодня, — выкрутился Молот.

— Спасибо, — бледно улыбнулась Марго и пошла в дом. — Я не буду есть, ко мне не заходить.

Молот широко раскрыл глаза и беспомощно махнул рукой в сторону соплячки.

— Вот об этом я и говорю! С каких пор она такая? Я, конечно, не особо знаком с девчонкой, но потеря аппетита, разговоры с собой, адские тренировки и желание себе навредить — это не нормально. А ещё, она стала как ледышка, раньше улыбалась, а теперь на лице маска.

— Не нормально, — снова хором ответили экс-старушки.

— Нам надо всё обсудить, всем вместе, — вдруг сказала Мария, направляясь в гостиную. — Попьём чай.

— С вареньем? — уточнила Хризалида. — С тем земляничным, что ты делала в прошлом году? Кстати, я такой рецепт расскажу! Всё дело в высоте поляны, ну, относительно моря — самая вкусная ягода…

Михаил, он же Молот, паладин высшего ранга, шёл следом за девушками. Смотря на аппетитные попки, обтянутые тканью юбок, и стройные загорелые ножки, он ухмылялся: возраст не вытравишь, если даже девка выглядит как кукла с обложки мужского журнала.

Как они там заявляли? Мол, им теперь по двадцать пять? Щазззз… Одной-то ладно, Мариюшка не такая старая — всего восьмой десяток. А вот вторая… Ей два и пять надо местами поменять, потом добавить нолик — и будет близко к реальности. Но ведёт себя как дурочка.

Кажется, Михаил понял, почему она не омолаживала себя и таскала старые кости: боялась, что кровь в голову ударит — и начнётся веселье. Всё-таки привычнее, когда собака крутит хвостом, а не хвост собакой.

Интересно, а Антон тоже так себя ощущает? Бесконечное желание совокупляться со всем, что двигается. А что не двигается — двигать и совокупляться. Неуравновешенное поведение, глупые поступки, сильная эмпатия…