Появившись в нескольких шагах от места удара, парень прищурился и его плащ превратился в щупальца осьминога. Он метался из стороны в сторону, прыгая, словно паук прыгун, закручиваясь и ускоряясь. Порою он и вовсе исчезал.
Парень пронёсся мимо на чудовищной скорости, замер перед аркой и посмотрел на князей, словно запоминая. Он ничего не говорил, но Дарс видел, как им стало неуютно. Но это продлилось всего пару секунд, после чего он шагнул и исчез в арке перехода. Не успел Дарс обрадоваться тому, что его королева выжила, как что-то потянуло его за пояс.
Мгновение и он оказался по ту сторону арки.
Глава 21 Смерти лик
Блондинка, которой не дашь и тридцати, стояла в чисто убранной комнате.
Кровать здесь была застелена, как по линейке, интерьер — спартанский, только самое необходимое. Никто бы и не подумал, что здесь живёт девушка: ни плакатов, ни гор косметики, никаких видимых предметов, указывающих на пол проживающего.
Вот только дневник в кожаной обложке, лежавший в шкафу сразу под бюстгальтером, расставлял всё по своим местам.
Сейчас дневник покоился в изящных руках блондинки, которая уместилась на подоконнике и изредка поглядывала на ведущую к дому дорожку.
"Сегодня я снова чувствую пустоту. Это опять Марго, если ты вдруг не понял. Жаль, что ты не можешь мне ответить.
А может, и не жаль.
Мы нашли новый дом, как часто говорит мне мама. Жизнь вроде бы налаживается, но я не чувствую этого. Я словно выпала из этой самой жизни. Только боль может привести меня в чувство.
Я начала тренироваться, стала больше работать с мечом, стрелять из оружия. Капитан даже говорит, что я прирождённый боец, хоть и сто шестьдесят пять сантиметров ростом. Вот только мне всё чаще хочется выстрелить себе в голову.
Магия даётся легче, хоть я и не самая лучшая ученица. Сейчас мои учителя — опытные ветераны, и учусь я не «фокусам», а убивать чудовищ. Правда, самое главное чудовище — это сержант Вахитов. Старый, сморщенный и злобный человек, считающий, что если магическое действие не убивает, то оно не иначе как фокус, призванный рассмешить противника. В общем, гадкий, гадкий, гадкий…
Сегодня пошёл четвёртый месяц, как мой брат пропал.
На самом деле он мне не брат, но ты уже знаешь. Хотя стал намного роднее, чем тот замкнутый подросток, которым был Антон. Ну, тот другой Антон.
Он всегда злился, называл меня последней дурой, когда я не хотела развивать талант. Однажды он украл и показал другим мальчишкам моё бельё… Речь сейчас не об этом.
Гвардейский психолог посоветовал мне писать о своих чувствах, но я не знаю, что сюда писать. Каждый день я просто описываю, что произошло и что я чувствую… Вот только чувствую я всё меньше.