— Идём, одной девкой меньше, одной больше, это, наверное, просто крепостная, — потянула за руку паладина подруга.

— Я тоже крепостной, — стоял на месте парень, тяжело размышляя.

— Тебе повезло больше, ты одарённый, — быстро ответила Хризалида.

— Листик, — повернулся к подруге Святослав. — Это не вопрос везения, это вопрос человечности.

— Сломаешь ты этим парням руки, ато и убьёшь кого-то, — начала перечислять будущие проблемы боевая подруга. — Станет лучше? Ты не сможешь остановить всех, тебе надо выкорчевать из себя крестьянина, всё уже давно позади. Ты сломаешь их, они сломают твою жизнь, готов к этому?

Парень задумался, ещё пуще прежнего. Но ответ он уже знал.

— Зато я буду знать, что сделал всё, что мог, — произнёс паладин и двинулся к коновязи.

Бой не занял много времени. Всхрапнули лошади, из-за их лоснящихся туш вылетел один пьянчуга, затем второй, оба вытирали кровь с лица.

— Я сын боярина Бахрушева Ивана Агаповича, кто ты такой, смерд⁈ — вопил главный в их когорте.

Схватив девицу за руку, Свят на стал отвечать на вопли молодёжи. Слава богу, они только вопили, опасаясь приблизиться.

Изображение замерло. Хризалида посмотрела на Павла, чувствуя его эмоции.

— Это не правильно, — сказал глава Митрофановых. — Я уже предвещаю, что случится, но не могу оправдать его действий. Как ты когда-то правильно заметила, она крепостная, какие времена, такие и нравы. Нельзя убивать людей только потому, что ты родился не в то время.

— Он никого из-за неё не убивал, по крайней мере в эти годы, — вздохнула целительница. — Ты прав, он тогда и знать не знал, что влюбится. Позже, он заставит каждого дворянина Рязанского княжества считаться с именем Катерины, поставит на колени много боярских родов и кинет к её ногам много золота. Но сейчас, история не про неё. Я всего лишь хотела показать, какой он был и каким остался.

Картинка сменилась, дым на столе закрутило, перед зрителями предстала новая картина.

Снова беседующие друзья, снова знакомый городской пейзаж. Они сидели на холме, за спинами раскинулся город. На этот раз Хризалида оказалась в компании известного на всю империю ректора академии и величайшего лекаря эпохи, по мнению большинства людей.

— Он снова пропал, — вздохнул Никита, жующий травинку.

— Она околдовала его, — весело добавил Светлый. — Может стоит проверить её на наличие дара?

Троица рассмеялась. Последующий разговор превратился в неразборчивое шептание, которое резко закончилось словами целительницы.

— Кто-то едет, — заметила Хризалида.

— Какой-то вельможа, — тоже посмотрев в сторону дороги, ведущей от города к раскидистому дубу, где устроились друзья, отметил зоркий лекарь.