Но доверять ощущениям — это первое, чему учат той военной школе, что я закончил. Мы не были простыми солдатами или офицерами. От нас требовалось нечто большее, чем следовать букве устава. Мы были скорее диверсионным отрядом, где каждый паладин представлял собой маленький отряд.

Ничего не оставалось, как дальше стаптывать ботинки, благо путь должен был скоро закончится. В груди поселилось какое-то инородное спокойствие, которому я без остатка этому доверился.

Перед глазами проносились пейзажи, чем дальше я удалялся к горному хребту. Леса становилось всё меньше и меньше, свободных пространств больше.

Местами встречались старые каменные изгороди, заброшенные домики и овраги, созданные неведомым оружием.

Пару раз пришлось изменить направление, обходя по ощущениям опасные участки, но тем не менее, я возвращался к маршруту.

Шёл ведомый ощущениями и непонятным зовом, краем сознания отмечая, насколько это ненормально. Спокойствие, мысли, которые рады бы двигаться быстрее, но ворочаются, словно попавшая в смолу птица.

Через какое-то время я понял, что не хочу пить или есть, разум желал лишь достижения цели.

Ноги ступали по мягким заливистым лугам, вперемешку с лесом. Затем трава стала ниже и мне открылась степь. После этого ноги стали сбиваться на корнях, камнях и скалах, по мере того, как я приближался к горной гряде.

Гигантские горы, носящие тысячелетние снеговые шапки, становились всё выше и выше, а я всё меньше и меньше.

Разум и душа кричали, вопили но тело было глухо. Вот тут я впервые в жизни по настоящему испугался. Меня бы прошиб холодный пот, но стоит признать, что этого не случится.

Тело больше мне не принадлежит.

Вторя моим мыслям, узкую тропку, ведущую в гору, вышла пума. Высунувшая от жары язык снежная королева, покрытая шикарной белой шерстью.

Но стоило ей увидеть человека, как по шерсти забегали искры, раздался треск, запахло озоном. Голубые глаза хищницы стали сиять… Но не больше.

Я — а точнее и не я вовсе, остановился. Пума явно не спешила нападать, она почему-то стала пятится назад, грозно скаля клыки и прижимая уши.

Что-то метнулось от меня к ней, на полной скорости сбивая монстра, создавая десяток проколов в теле и окрашивая шерсть в красное.

Через секунду, тело монстра безжизненно свалилось.

От монстра ко мне потянулись с десяток таких знакомых щупальцев, которые благодаря неожиданной окраске, я мог видеть. Щупальца держали крупный голубой кристалл, больше похожий на ежа мутанта. Сжав камень, щупальца завибрировали, засветились, а кристалл рассыпался в прах.

Развернувшись прямо к отвесному горному склону, я вдруг взлетел, быстро набирая скорость. Нет, не взлетел, а стал с взбираться наверх, словно паук. Те щупальца, которые я видел ещё мгновение назад, как пальцы опытного скалолаза, находили за что зацепится и несли мою тушку выше и выше.