В фойе театра расположилась большая мемориальная выставка, посвященная жизни и творчеству умершего в мае этого года в Берлине Джона Генри Маккея — шотландского и немецкого анархиста-индивидуалиста, известного писателя, чье творчество было явлением на небосклоне послевоенной Германии. Его еще называли «певцом анархии». Там же можно было купить изданные его произведения, а несколько книг с автографом автора предполагалось разыграть на благотворительном аукционе.

Настроение у собравшихся однозначно праздничное. Начало конференции было назначено на одиннадцать часов и делегаты, и гости конференции спокойно собирались у театра, самое интересное было в том, что кордонов полиции, которые всеми ожидались, практически не было, не считать же за таковые несколько рассредоточенных по площади полицейских да шпиков в штатском, не более десятка. Конечно, спецслужбы Веймарской республики не могли оставить это сборище своим вниманием, но и сильно ему не досаждали. Полицейских репрессий не было как таковых в принципе!

Немного в стороне от несколько обывателей обсуждали между собой происходящее на площади.

— Гер Пауль, что это за толпа тут собралась? Не знаете?

— Гер Генрих, вам стоило обратить внимание на символику. Это тут собрались анархисты на конференцию своего рабочего профсоюза.

— Анархисты? И так прилично себя ведут? Какие-то странные анархисты пошли, гер Пауль.

— Да, чего только не встретишь в наше время. Если бы это было лет десять-пятнадцать назад, я бы предпочел отсюда убраться, как бы чего не вышло.

— А давайте-ка, коллега, вспомнил всё-таки старые времена, и перейдем сыграть в шахматы в другое место, тут всё равно сегодня слишком шумно.

И подхватив шахматную доску, два очень острожных немца поспешно удалились от городского театра куда подальше.

* * *

Штутгарт. Арнульф-Клетт-плац.

1 ноября 1933 года

Неподалеку от железнодорожной станции Штутгарта собралась организованная толпа с нацистской символикой на рукавах пальто и курток. Их было человек до полутора сотен, может чуть более, но ненамного. Они окружили невысокого худощавого тридцатилетнего блондина с нервным, каким-то болезненно-бледным лицом и чуть выпученными глазами. Он толкал речь:

— Партайгеноссе! Нам поручено выполнить важное дело, снова заявить о силе нашей партии, которую евреи и коммунисты готовы уже списать со счетов. Посмотрите — вот тут, неподалеку, в здании театра евреи собрали самых отъявленных негодяев-анархистов со всего мира! Они стреляли в наших товарищей по борьбе, а сейчас наслаждаются свободой и собираются в открытую, а не как крысы, как они привыкли собираться и тайком решать свои чёрные дела. Так не позволим им управлять нами, загоним крыс обратно на помойку! Сегодня день нашего единства и нашего мужества! Покажем им, кто хозяин в Германии! Германия превыше всего! Вперед! Нас никто не остановит!