— Рисковый ты, Кольцов. — сказал Булгаков.
«Рисковая сволота ты, Пятницын» — согласился с ним Кольцов.
* * *
Дом на Набережной. Квартира Кольцова.
1 декабря 1932 года
Ну, хоть с редакционными делами разобрался, и дураков там не обнаружил –пока меня не было, так и не завелись. За этот длинный редакционный день мы с Кольцовым вымотались, лично у меня было одно желание: завалиться спать. Но когда ты такое хочешь, обязательно припрётся Артузов и всё испортит. Так и получилось. Артур сидел у меня на кухне и пил мой кофе.
— Там еще осталось? — спросил я раздраженно, указывая на джезву. Просил же Артузова без меня не приходить, мог же нарисоваться брат Боря, хотя, если он появился, значит, или что-то произошло, или абсолютно уверен, что брату сейчас не до визита.
— И тебе здравствуй, Миша. — как-то слишком жизнерадостно произнёс почти ночной посетитель. Но кофей мне в чашечку налил. Напиток был остывший, но бодрил, крепкий, точно не пожалел порошка закинуть… вот, вроде русский я человек, но с этим Артузовым во мне начинают прорываться черты провинциального еврея.
— Ну, будь здоров, сержант Петров! — как-то быть слишком любезным у меня сегодня не получалось.
— Ну, Миша, хватит тебе кукситься. Ты срочно нужен.
— Кому? Ему?
Артузов посмотрел на меня как на ребенка, типа отчего это чуть что так к Нему?
— Нет, Киров тебя хочет видеть.
— Так, когда? — я пытался привести мысли в порядок. Насколько я знал, Сергей Миронович был в курсе того, кто я и откуда.
— Сейчас.
— Вот прямо сейчас или у меня есть пара минут привести себя в порядок и что-то в рот кинуть?
— Двенадцать минут у тебя есть, а кофей я тебе свежий сварю, давай, чашку тебе так и быть, помою.
— Хорошо, Артур, сейчас.
В двенадцать минут я не уложился, но на пятнадцатой, дожевывая на ходу бутерброд, выскочил из квартиры. И ехать на Лубянку вроде как недалеко, но Артур нёсся, как на пожар. Неужели это из-за тех трёх минут, что я перетратил?
Глава пятая. Реактивный институт
Глава пятая
Реактивный институт
Москва. Лубянка. Кабинет С. М. Кирова
1 декабря 1932 года
Этот кабинет был знаком мне по многим фильмам. В нём сидел Лаврентий Павлович Берия. Стол, портрет Сталина на стене, шкаф с документами, сейф. Убранство самое минималистическое, Киров не переваривал роскоши и считался только с функционалом мебели: тут должно быть только то, что необходимо для работы. На столе –идеальный порядок. Все папки закрыты, ни одной странички не видно — все документы убраны. Сам Сергей Миронович в военном кителе без каких-либо знаков на ней, даже орденов не носит, а у него их два — орден Ленина и Красного знамени. В кабинет вхожу не без трепета, всё-таки Личность, да, и как про него говорили: любимчик партии? Но природного обаяния и харизмы у него не отнять: как только заходишь, чувствуешь, как этот человек к себе располагает, интуитивно поддаёшься его очарованию.