Мужчинам нелегко далось перемещение животных через пещеру, пара овец провалились в колодец, одного бычка пришлось перевезти тушей, но всё же они справились.
Прялка, станок, стиральные машинки и прочие вещи были тоже перенесены, и даже телеги и повозки мужчинам удалось разобрать, перетащить под землёй и собрать парочку уже здесь, в долине. Сколько было сил на это потрачено — боюсь даже себе представить.
Новости с пустоши были и радостные, и не очень. Наёмники не появлялись, жители, что решили остаться в селении, пытались пару раз выяснить, куда мы ушли и даже следили за Кирком и остальными мужчинами, но желания перебраться ни у кого так и не появилось. Что же, это их право. Зато, со слов всё того же Кирка, они вольготно разместились в оставшихся домах и чувствовали себя прекрасно, Каела тоже не удивила, перебравшись в дом, где жили я и Анрэй.
— Анрэй не вернулся, — покачал головой Кирк на мой немой вопрос.
— Надеюсь, с ним всё в порядке, — проронила я и, немного помолчав, продолжила: — Кахир, охрану у пещеры оставили? Кирк, вы вход в пещеру скрыли?
— Да, оставил четырёх мужчин из тех, кому я доверяю. Как Конол железную решётку изготовит, прикрепим к скале.
— Отлично, не хотелось бы, чтобы сюда пробрались наёмники. И лучше раз в четыре дня посылать пару мужчин разведывать обстановку в пустоши. Конечно, день туда и день обратно, но всё же пока стоит присматривать за ней.
— Уже распорядился, — произнёс Кахир, — мужики через недельку туда отправятся, дом поднимут и так, парочку защит у входа установят.
— Замечательно. Кирк, ты определился, где жить будешь?
— Так в казарме, как все. Чудная долина: и дома такие никогда не видел, и вода из стены горячая бежит, — принялся перечислять мужчина.
— Нам повезло, — согласно кивнула и направилась в замок — мне нужно было побыть одной.
Я очень надеялась, что с Кирком в долину придёт Анрэй, но… он ещё не вернулся. Вспоминая разговоры о подозрительных сборищах риагов, о слухах про нападения на туаты, я переживала, что Анрэя втянули в эту войну. И да, я скучала. Днём загружала себя делами, заботами, лезла везде, хотя понимала, что и без меня вполне справятся — лишь бы не думать о муже.
Но ночью, когда все спят, когда не удается вымотать себя настолько, чтобы быстро уснуть, приходили мысли о нём — где он? как он? жив ли? Лёжа на большой кровати, прислушиваясь к скрипу старого замка, я невольно думала больше о дурном. Гнала мрачные думы прочь, а наутро была невыспавшаяся, разбитая и злая.
— Куин? Ты замок хотела осмотреть? — окликнул меня дядька Кор.